Книга Злодейка (не) его романа, страница 22 – Юки

Все это — звенья одной цепи. Но слишком гладкой, слишком очевидной.

А что если Зельда тоже была пешкой? Если ее власть, шпионы, игры — только фасад?

Я чувствовала: это лишь верхушка чего-то большего. И есть те, кто прячется в тени, плетя интриги, сталкивая лбами врагов, и следуя своим целям.

И эти тени не остановятся, пока я жива. Не потому, что я опасна. А потому что я могу испортить все их планы.

Во мне вспыхнула злость. На тех, кто не считается с чужими жизнями, кто сделал Зельду такой. Не знаю, почему, может от нее мне остались какие-то обрывки памяти и ощущений, но я знала, что женщина не всегда была такой. И… кажется, даже что-то чувствовала к Алану, но выбора у нее не было.

Но я могу все исправить. Хотя бы постараться. Если уж я здесь, если мне дали второй шанс — пусть через смерть, ложь, боль — я не просто выживу. Я раскопаю этот клубок. Я вытащу наружу все, что оставила после себя Зельда.

Потому что в этом клубке теперь замешан не только я, но и Эдгар. А значит — я не позволю, чтобы с ним случилось то, что случилось с его братом. Он потерял слишком многое. И я… не хочу, чтобы он снова страдал.

Я закрыла глаза, чувствуя, как где-то в груди снова теплеет — слабо, еле заметно. Магия. Не пламя или молнии. А исцеляющий свет. Возможность сделать этот мир лучше.

Пусть Эдгар думает, что я лишь отражение Зельды в кривом зеркале. Но я исправлю все то, что она искривила. И, если повезет, сделаю это вовремя.

На следующий день, когда я окончательно пришла в себя, в покои снова пришел целитель, представившийся как Ройс. Но не с травами или настойками. Не для того, чтобы осмотреть меня или полечить.

Он пришел с книгами, свитками пергамента и деревянной коробкой, внутри которой лежал гладкий, бледный камень — артефакт-накопитель, как сказал Ройс.

— Это подарок от лорда Эдгара, — сказал он спокойно, ставя все это на стол. — Он считает, что раз уж вы теперь маг, миледи, стоит научиться пользоваться тем, что вам досталось.

Я села на краешек кресла, с интересом разглядывая странные письмена на пергаменте и похожие на руны символы на камне. Надо же, с чего бы герцогу так обо мне переживать? Впрочем, научиться колдовать осознанно я бы не отказалась.

— Иначе я взорвусь? — предположила я, пытаясь понять мотивы Эдгара.

Целитель приподнял уголок рта в легкой улыбке:

— Не буквально. Но все возможно. Необученный маг — как свеча у пороха. Один неверный импульс — и в лучшем случае у тебя будет мигрень. В худшем… ты кого-нибудь спалишь. Или себя.

С тех пор начались мои уроки.

Не в классическом смысле — как в фильмах про волшебников — с эффектными заклинаниями, световыми эффектами и полетами в небесах. А скучные лекции, выматывающие медитации, зубрежка и самоконтроль.

Мы занимались по утрам. Иногда на террасе, подле старой липы, где листья уже начали желтеть. Иногда — в каморке самого Ройса, среди трав и пыльных фолиантов.

— Сконцентрируйся, — снова и снова требовал мужчина. — Не думай о результатах. Думай о сути, почувствуй магию в себе.

И я опять выпрямляла спину, закрывала глаза и разводила руки ладонями вверх, ловя солнечный свет.

Поначалу у меня ничего не получалось, сколько ни старалась. Я чувствовала силу — словно маленькое солнышко внутри в районе груди. Но она ускользала от меня раз за разом, упрямо не желая мне поддаваться, будто была живой, с собственным характером.