Книга Семь моих смертей, страница 181 – Ефимия Летова

- А разве государственная измена – что-то совершенно для вас чуждое, сье? – медленно проговорила я. – Разве вы не предали вашего правителя, когда согласились докладывать обо всём Каллеру? Разве вы его не продали?

- Каллеру? Какому ещё Каллеру?! Месьера, что вы такое говорите! Как можно! – седые усы целителя возмущённо затрепетали. – Я целиком и всецело предан Его превосходительству и буду рад назвать его своим монархом! И я могу поклясться на белом алтаре Высших богов, что ни от кого и никогда не брал денег ни за свои слова, ни за своё молчание!

Он врёт мне? Или же мне врал Брук? Но зачем?

- Я знаю, что о моём состоянии вы докладываете не только регенту, – выдохнула я. – Кому ещё? Человеку по имени Брук?

Лицо седовласого лекаря моментально, чудодейственным образом изменилось, даже глубокие складки в уголках глаз и на лбу разгладились.

- Брук? О… ну, если вы так называете… конечно. Но…это же совсем другое дело, сьера! Сье Брук никогда не платил мне денег! Разумеется, от него у меня нет секретов и тайн! Но только от него. Уверен, что на сье Брука любой из нас может положиться… всецело.

Я приподнялась и чуть было не села мимо кровати.

- Сье Брук убьёт меня и этого ребёнка, если вы скажете о его существовании кому-либо, – я чувствовала, что нахожусь среди безумцев, в самом центре сумасшедшего карнавала. Но лекарь помотал головой всё с той же улыбкой накормленного младенца.

- Не говорите чепухи, сьера, как можно! Только не сье Брук! Беспочвенные тревоги и навязчивые страхи свойственны женщинам в вашем положении… Отдыхайте и ни о чём не беспокойтесь. Всё хорошо. У меня есть прекрасная настойка, помогающая снять тревожность, которая не навредит…

- Ничего не надо, – пробормотала я. – Не говорите Ривейну, хотя бы до вечера, слышите меня? Я сама скажу ему. Не забывайте, что если патриарх одобрит кандидатуру Ривейна, я стану вашей королевой. И уж не сомневайтесь, найду возможность как отблагодарить, так и раздать долги всем, кому только можно. Уверена, сье… Брук скажет вам то же самое.

Дверь закрылась за бледным, но всё ещё нелепо улыбающимся сье Артупом, а я выдохнула и прижала ладони к животу.

Я так панически боялась этого, потом – ждала, ежедневно ждала, потом, после разговора с Мараной, снова боялась, свыклась уже с мыслью, что никакого ребёнка не будет…

А если это ложь? Обман?! Нет никакого ребёнка, нет и быть не может! Я же ничего, ничегошеньки не чувствую, разве что усталость и сонливость, и аппетит изменился… Снова задержка, но это всё мелочи, это всё неправда, так ведь уже было…

Я меряла шагами комнату и ждала Ривейна. Несомненно, целитель должен отправиться к нему, чем бы я его ни стращала, а Ривейн в замке, он выезжает в Высокий храм вечером, только вечером…

В дверь постучали, у меня едва сердце не остановилось. Но нет, регент не стал бы стучать… Снова целитель? Хочет признаться, что ошибся, или…

В комнату заглянула Фрея с чуть виноватым испуганным лицом. Я тут же отняла ладонь от живота.

- Вам нужна помощь, сьера? – робко спросила Фрея, а я вспомнила, что по сути, другой фрейлины у меня сейчас и нет. – Можно зайти?

- Заходи, – кивнула я. Всё лучше, чем сидеть вот так одной и трястись от ожидания реакцииРивейна. Однако время шло – и он не приходил. Почему? Почему?