Книга Месть для дракона! Цель: сердце!, страница 49 – Татьяна Сотскова

— Извини, — мой голос прозвучал немного сдавленно из-за переполнявшего меня волнения. — Ты не знаешь, где комната Калисты? Из Утеса Ветров?

Эльфийка надула губки, явно недовольная тем, что его первый вопрос не о ней. Но меня это мало волновало. Я хотел найти Калисту.

— Комната 47, — буркнула она неохотно. — В конце коридора налево. Но она, наверное, не в настроении для гостей. Я видела, как она утром возвращалась — выглядела… ну, не очень.

Это только усилило мою тревогу. Я кивнул с благодарностью и зашагал по указанному коридору, оставляя за спиной недовольную эльфийку.

Дверь с номером 47 была такой же, как и все остальные. Ничем не примечательной. Я замер перед ней, внезапно осознав всю странность своего положения. Наследник клана Лазурных стоит как вкопанный у двери скромной студентки, потому что она не пришла на обед.

Я постучал. Сначала осторожно, потом чуть громче.

— Калиста? Ты там?

В ответ — лишь густая, непробиваемая тишина. Ни шороха, ни шагов. Ничего.

Я приложил ладонь к дереву, как будто мог почувствовать сквозь него ее присутствие. Но чувствовал лишь холодную, безжизненную поверхность.

— Эй, напарница, — попробовал я еще раз, уже почти шепотом. — Если ты меня игнорируешь, то это чертовски эффективно. Моему эго уже нанесен непоправимый урон.

Тишина.

Я постоял еще мгновение, затем сдался, развернулся и пошел прочь. Мои шаги эхом отдавались в пустом коридоре, звуча неестественно громко.

Волнение, от которого я сначала отмахивался, теперь сжимало внутренности холодными щупальцами.Куда она могла деться? Почему не открывает? Она что, правда так расстроилась из-за его вчерашней истории? Или… или с ней что-то случилось?

Я вышел на свежий воздух, но он не принес облегчения. Солнце казалось слишком ярким, а звуки Академии — слишком назойливыми.

Я привык все контролировать. Знать, что происходит, быть в центре событий. А сейчас я стоял в полном неведении, и это чувство было мне в новинку и чертовски неприятно.

Она пропала. Не просто отсутствовала. А пропала. И самое ужасное было то, что я не имел ни малейшего права что-либо о ней спрашивать. Мы были всего лишь… напарниками.

С этим горьким осознанием я побрел обратно в свою башню, постоянно оглядываясь через плечо в тщетной надежде увидеть ее строгую фигуру и карие глаза, смотрящие на меня с привычной язвительностью. Но ее нигде не было.

Понедельник встретил меня тяжестью в веках и странной пустотой в груди. Воскресенье я провела в странствиях по городу, пытаясь загнать обратно в клетку разбежавшиеся мысли и чувства. Письмо Пиере было написано и отправлено с наемным гонцом — короткое, скупое, но с самой важной просьбой:

«Приезжай на день открытых дверей в следующем месяце. Мне нужно тебя видеть».

Мне нужен был якорь. Напоминание о том, кто я и зачем здесь.

Я открыла дверь, уже мысленно составляя план на день — учеба, тренировки, никаких мыслей о золотоволосых драконах… — и чуть не врезалась в него.

Зенон.

Он стоял прямо напротив моей двери, прислонившись к стене. На его лице играла привычная ухмылка, но в глазах, этих серых, слишком проницательных глазах, читалось неподдельное беспокойство.

— Ну, доброе утро, напарница, — произнес он, и его голос звучал нарочито легко. — Не ожидала гостя? Я, можно сказать, уже освоил этот коридор. Прямо как свой собственный. Столько раз вчера сюда приходил, ты и представить себе не можешь.