Книга Измена. Попаданка в положении, страница 143 – Елена Белильщикова

— Выпей, родн… Элион, — мягко проговорил Филипп, взбивая мне подушки и усаживая меня на них.

Я послушно взяла кружку с отваром, но руки мои задрожали от слабости. И я едва не пролила питье. Он покачал головой.

— Так не пойдет, — Филипп перехватил кружку, прислоняя ее к моим губам.

Я сделала несколько глотков, подумав о том, что отвар может быть отравлен… но отчего-то мне не было страшно. Я доверяла Филиппу, как себе. Даже сейчас, после всех гадостей, которые он мне делал!

— Ну, что, ты подумала над моим предложением? — спросил он тихо и поднял на меня взгляд.

Я вздохнула. Мне хотелось отказать. Конечно же, мне хотелось отказать ему! Но… Я не могла этого сделать. Ведь на его лице читалось: Филиппу отчего-то было важно, чтобы я поделилась с ним нашими общими воспоминаниями. Филипп воспринял мои колебания по-своему. И убрал кубок, поставив его на стол. А сам сверкнул лукавой улыбкой.

— А давай меняться? За каждое воспоминание — поцелуй! Я целую тебя.

Я закрыла глаза. О небо, за что ты караешь меня еще и искушением? Ведь хоть формально Филипп все еще мой муж, телом и душой он принадлежал другой!

— Не плачь, Элион. Я не имел в виду ничего дурного. Я не стану целовать тебя в губы или еще как-то, провокационно, как ты могла подумать. Это будут невинные поцелуи. Показывающие, что я понимаю, как сильно виноват перед тобой. И как хотел бы загладить свою вину.

Будто в доказательство своим словам, Филипп перехватил мое запястье и прижался к нему губами. Я медленно кивнула, понимая, что наутро буду ненавидеть себя за это. Но сил отказать Филиппу не было. Пускай эта ночь… горько-сладкая, отравленная моей кровью и слезами, и последняя между нами с Филиппом, пускай она хотя бы будет красивой? И я запомню ее навсегда.

— Я согласна, Филипп, — проговорила я негромко и серьезно, тоже понимая взгляд на мужа.

В моем взгляде мелькнуло… желание довериться ему. Он это почувствовал. И благоговейно перехватил мое запястье, прижавшись к нему губами. Я охнула от неожиданности. Мое тело предало. Отреагировало на Филиппа само. И… от его губ в теле распускали отравленные цветы удовольствия. Даже от самых невинных поцелуев.

— Значит, авансом? — едва смогла сложить губы в улыбке я. — Ну, хорошо. Тогда слушай.Однажды тебя посадили в тюрьму. Ну, я так подумала, когда ты ночью не явился домой, и Александр, мой братец, рассказал страшную историю про то, что тебя оставили на допрос в подземельях… и когда ты рано утром появился на пороге моего… нашего особняка, отданного за долги тобой, я бросилась тебе на шею. И поцеловала тебя. Первая! Хотя была очень обижена на тебя и совершенно этого не планировала…

— Поцеловала… — задумчиво проговорил Филипп.

Он вдруг диким котом изогнулся, перетекая ближе на постель. Так, чтобы устроиться совсем рядом со мной, на моей подушке. И обнял меня ладонью за плечи. В глазах его засверкало желание, такое знакомое мне из прошлого.

— Покажешь, как? Хочу это вспомнить…

Конечно, я должна была сказать: «Нет». Я хотела сказать это! Оттолкнуть его, не целовать, а дать пощечину, но… Губы Филиппа мягко опустились на мои в нерешительном, медленном и очень сладком поцелуе. А я, тихо выдохнув, снова сдалась. Не смогла справиться с искушением. И ответила на этот поцелуй, тая в его объятиях. Понимая… что эта ночь пройдет иначе, чем я думала. Но станет незабываемой. Это уж точно.