Книга Жена по договору, или Тайна поместья Фортайнов, страница 93 – Юлия Ханевская

Все сводилось к одной неумолимой мысли: здесь, в Норридане, нам не спастись от бед, связанных с неприятием людьми драконов.

Однажды ночью я проснулась от тихого плача. Элинор лежала в своей колыбели и беспокойно ворочалась. Я взяла ее на руки и прижала к себе. Она уткнулась маленьким личиком мне в шею и затихла. В этот момент я почувствовала, как в голову проникла мысль. Не моя мысль. Это было послание от Элинор, чистое и ясное, как горный ручей: "Мама…"

Я застыла, пораженная.

Этого слова в мой адрес никто и никогда не произносил. Ни в одной из моих жизней.

Расплакавшись от переполнивших меня чувств, я еще целый час стояла с ребенком на руках несмотря на то, что Элинор уже уснула.

А утром закончился мой пробег от всех насущных проблем. Я поднялась ни свет ни заря, полная решимости. Привела себя в порядок, оделась и спустилась в подземелья. Там уже больше двух недель томились те, кто олицетворял всю грозящую моей дочери опасность. Ненавистники драконов. Предатели. Убийцы. Последним по сути своей был только Никос, но разве я могла быть уверенна, что тот же Оскар не завершил бы ритуал, пойди тогда в пещере всё по другому пути?

Их оказалось девять человек, распределенных по двум темницам. В коридоре дежурил стражник — высокий темноволосый мужчина, которого я впервые видела.

— Доброе утро, госпожа Фортайн, — поприветствовал он меня. — Что прикажете делать с заключенными?

Сначала я растерялась, но быстро взяла себя в руки.

— Как твое имя?

— Маркус, госпожа.

— Я хочу их видеть, Маркус.

Стражник без каких-либо вопросов снял с пояса кольцо с ключами и отомкнул первую темницу. Я открыла дверь и вошла.

Они не голодали, Кристофер озаботился тем, чтобы им приносили еду. Но вот отсутствие какой-либо гигиены уже сказалось. Запах сырости, немытых тел и застарелой грязи ударил в нос, заставляя поморщиться. В полумраке едва угадывались сбившиеся в кучу фигуры. Здесь находилась семья Оскара: жена и три дочери. Он сам, по всей видимости, был заточен в другой камере.

— Здравствуй, Риска, — начала я.

Женщина посмотрела на меня исподлобья.

— Пришла полюбоваться на то, что сотворил с нами твой крылатый муж? Ну как, довольна зрелищем?

Я выдержала ее взгляд, осматривая сидевших на лавке девушек. Они помогали мне в теплицах и никогда не перечили. Ада и Мила по очереди убирались в доме, а сама Риска часто угощала вкусной едой. Не могла и представить, что кто-то из них способен вонзить нож в спину.

— И что же Кристофер с вами сотворил? Вы целы, невредимы. Не голодны. Не разлучены друг с другом. Разве он пытался убить твоих дочерей, Риска? Или связал тебя и наслал проклятие, медленно вытягивающее жизнь?

Она потупила взгляд и опустила голову.

Наступила тишина: давящая и неловкая.

— Простите нас, хозяйка Амелия, — вдруг пролепетала одна из девушек. — Это все папа, он…

— Мила! — шикнула на нее Риска. — Закрой рот!

Та послушно замолчала и отвернулась.

Я прикрыла на секунду глаза, чувствуя тяжесть в груди. Дальнейшие слова мне дались не легко.

— Если каждая из вас поклянется, что подобное больше не повторится, я позволю вам остаться на моей земле. Но без Оскара. Он будет изгнан и никогда больше не сможет переступить магическую границу поместья.

Девушки переглянулись. Их мать хранила молчание.

— Вам не придется покидать дом, уезжать отсюда, — добавила я, стараясь смягчить тон.