Книга Жена по договору, или Тайна поместья Фортайнов, страница 15 – Юлия Ханевская

Костюмы для верховой езды и форму адептов магических академий шили именно под заказ и выпускали в массовую продажу только накануне нового учебного года. Денег у меня на это в тот момент не оказалось. Недолго думая, я перешла в мужской отдел и взяла нужную одежду оттуда. Так у меня появились вещи, подходящие для работы в теплицах или же походов в лес за грибами и лекарственными травами.

Отрада сокрушалась, мол леди не престало заниматься черновыми делами. Но разве у меня был выбор? Пока поместье не встанет на ноги настолько, чтобы можно было нанять работников со стороны, приходилось распределять обязанности.

Предвкушая поход в пещеру, я провертелась в постели всю ночь. В итоге плохо выспалась и выглядела нездорово. Светлая кожа лица приобрела излишнюю бледность, которая на фоне темно-каштановых волос выделялась особенно сильно. Если б не золотисто-карие глаза, горящие предвкушением встречи с неизведанным, отличить меня от восставшего покойника было проблематично.

Поднявшись рано утром, я привела себя в порядок. Заплела тугую косу и надела штаны с рубахой. Их подогнали под мои размеры, но все равно приходилось повязывать пояс, чтобы не остаться с голым задом в самый неподходящий момент. Теплый джемпер и ботинки на шнуровке завершили совершенно не девичий образ. Если б граф увидел меня в таком виде, жениться бы точно перехотел!

Выйдя к летней кухне, я сразу обнаружила накрытую полотенцем буханку, банку молока и горшочек с творогом, оставленные на столе. Риска каждое утро приносила мне дары от своей безрогой буренки, кормившей все население поместья.

Есть не хотелось, но едва я приблизилась к столу, аромат еще теплого хлеба затуманил разум. Не заметила, как отломила хороший такой ломоть и с удовольствием откусила кусок. Простонала от удовольствия, прикрыв глаза. Такой вкусный хлеб с хрустящей, тающей во рту корочкой, готовила только моя бабушка Зоя. А если запить его парным молоком! Да вприкуску с осеннеймалиной или клубникой, которые в это время года особенно ароматные… Вкус из детства. Такого далекого, почти нереального. Я слишком часто вспоминала то время. Казалось, это последнее, что соединяло меня с тем, другим миром, в котором меня больше не было.

Со стороны дороги послышались шаги, отвлекая от незапланированного завтрака. Отклонившись в сторону, я увидела Оскара. Худой и высокий мужчина шел всегда чуть сгорбившись, словно на него давили обстоятельства трудной жизни. Плоская вязаная шапка прикрывала лишь его макушку, а кудрявые завитки черных волос торчали вокруг ореолом. Это придавало ему комичный вид, и я все время одергивала себя, чтобы не рассмеяться.

Отправив в рот последний кусочек отломанного ломтя, запила его молоком прямо из банки и вытерла рот полотенцем. В одиночестве легко вести себя не как леди, а вот в присутствии посторонних хотелось держать лицо. Даже если это преданные помощники.

— Утро доброе, хозяйка! — поздоровался Оскар, остановившись неподалеку. — Вы готовы идти к пещере?

— Доброе, Оскар. Я готова. Деда Никоса уже разбудил?

— Так он рано встает, еще до рассвета. Видел его, когда за вами шел.

Я нахмурилась. Никос ночевал у Отрады, а ее дом был не так уж и близко к жилищу Оскара и Риски.

— Ко двору его подходил?

Накрыв продукты еще одним чистым полотенцем, я вышла к мужчине. Он повернул обратно, и мы вместе зашагали по усыпанной кленовыми листьями дороге. Если верно поняла, путь наш лежал к скалистым горам, отрезающим поместье от внешнего мира со стороны севера.