Книга Певчая птица и каменное сердце, страница 213 – Карисса Бродбент

– Азар, я не буду…

– Все уже сделано.

Он стиснул мою руку столь крепко, что костяшки пальцев побелели, и посмотрел мне в глаза так, что все мои слова умерли. Кроме одного. У меня оставалось только «нет», «нет», «нет».

У Азара дернулся кадык. Карий глаз Хранителя сиял.

– Мише, я никогда и ничего настолько не хотел, как показать тебе тот счастливый конец, в который ты так веришь, – проговорил он.

Нет.

Его рука выскользнула из моей. Верная Луче подошла к хозяину и встала рядом.

Нет.

Я потянулась к Азару…

Но он шагнул в круг, и последнее подношение завершило ритуал.

Заклинание раскрылось перед ним – не то развернувшаяся пасть, не то приветственные объятия – и поглотило целиком.

Я выкрикнула его имя.

Но смерть пожрала звук моего голоса, потому что в этот момент нижний мир раскололся, как перезрелый фрукт. Небо испустило беззвучный вопль.

Ритуал свершился.

И Азара больше не было.

Заклинание буквально разорвало меня на части. Сознание улетело прочь, а когда вернулось, я стояла на краю ритуального круга. Он горел серебром, множество нитей света и тьмы тянулись в отверстие в его центре. Силуэт внутри принял расплывчатую, неопределенную форму – лишь тень фигуры, которой он мог быть.

Небо задрожало, чуя присутствие богов.

Земля затряслась от голода мертвецов.

Появился дух, слишком мощный для смертного. Призрак повернул голову ко всем этим собранным вместе кусочкам своего прошлого.

Но я все еще держалась за душу Азара. Я больше не видела его, но чувствовать пока что могла. Якорь у меня на груди, этот глупый след магии, который он оставил, не подумав, горел от его убывающего присутствия.

Ритуал пытался поглотить Азара.

Я не хотела его отпускать. Не могла. Эта единственная связующая нас нить удерживала все мое существо.

Я даже не заметила, когда появился бог солнца. Просто вдруг почувствовала, что палящее сияние его света жжет мне спину.

Я все никак не могла отвернуться от фигуры в центре круга, цепляющейся за жизнь. От тех тлеющих угольков, которые остались от Азара.

– Подумать только, что однажды он был так велик. – Голос Атроксуса прозвучал неумолимо и жестоко. – А сейчас посмотри, как он борется за жизнь. Словно какой-то обычный смертный.

Атроксус ошибался. Расплывчатое пятно в центре ритуала – это был не Аларус. Пока еще нет. Я по-прежнему цеплялась за кусочек Азара и не хотела его отпускать.

Я обернулась и при виде того, сколь величественно выглядел Атроксус, чуть не упала на колени. Золотой цвет пропитывал его, словно мед; лучи солнца лились из-за головы, резко контрастируя с унылым пейзажем Нисхождения. Это были не его владения, но сейчас мы находились ближе к миру богов, чем когда-либо раньше. Сила Атроксуса проникла сквозь завесу – мощь, достойная его короны.

Сейчас он навевал страх сильнее, чем когда-либо.

И все же в это мгновение я его ненавидела.

– Ты сказал, что пощадишь моего спутника.

Атроксус негромко рассмеялся, и в глазах его сверкнуло любопытство. Ему всегда нравилось наблюдать драмы своих человеческих последователей.

– Я держу слово. Я тут ни при чем, во всем следует винить моего братца. Никого не волнуют любовные интрижки бога со смертными. Но с его стороны очень небрежно было оставлять в смертном мире каплю своей крови. Мы, остальные, когда имеем дело с людьми, принимаем необходимые меры, дабы избежать нежелательных последствий. – Его ухмылка стала саркастической. – Очевидно, Аларус не смог даже этого предусмотреть. Хотя чему тут удивляться? Две тысячи лет мир страдает от беспорядка, который он устроил. Уже достаточно. Сегодня все закончится.