Книга Певчая птица и каменное сердце, страница 127 – Карисса Бродбент

Каждый глоток крови, который показался мне приятным. Каждое ночное касание между ног. Каждая молитва, оставшаяся без ответа.

Я тянулась к солнцу.

Но мой взор скользнул мимо отражения моего собственного освещенного лица. На Азара, который бросил на меня через плечо еще один взгляд. Я почувствовала, как тянет якорь, – за магическую нить, которая нас связывала.

И догадалась, что он пытается мне сказать.

«Ты тенерожденная. Ты вампирша из Дома Тени. Тебя окружает самое сильное твое оружие. Так используй же его!»

Теперь я поняла.

Он обрушил эту стену не для того, чтобы меня спасти. А для того, чтобы вручить мне оружие, которым я могла спасти себя сама.

Мне было как следует не воспользоваться магией Атроксуса, чтобы побороть женщину-отражение. Но я могла грубо подчинить ее себе. Я могла вложить все, что у меня есть, чтобы раздуть этот огонь, превратив его в неуправляемое безумие. И чем ярче он разгорится, тем темнее станут тени. Уже сейчас я их чувствовала: чернильно-черные и крепкие, как доброе вино, они просили, чтобы я только впустила их – ждали меня, там, где Азар оставил им приглашение.

Но страх сковал мое сердце. Я не могла отрицать, что долгие годы слышала, как тени взывают ко мне. Но я держала эту дверь внутри себя крепко запертой. Я заколотила ее молитвой и солнечным светом.

Чему я открою путь, если сейчас отопру ее?

Что, если я не смогу ее потом закрыть?

Я с усилием встала на ноги, пытаясь еще раз вызвать пламя…

Но голос Азара звенел у меня в голове уже отчетливо, и последние рубежи моей обороны пали.

«Илие, ты слишком опытна, чтобы так бояться себя! – крикнул он. – Ты все можешь!»

И хотя слова прозвучали довольно резко, его прикосновение к моим мыслям было мягким. Я знала, что Азар все понимал. Что он тоже боялся силы, полученной от тех, кого ненавидел, и сожалел о боли, причиненной при помощи этой силы.

Мне показалось, что теперь я смотрю в другое зеркало, на отражение более монструозное, чем то, которое пригвоздило меня к полу храма.

Я взяла силу Азара и распахнула ту темную дверь у себя в сердце.

Времени думать и передумывать не было.

Я схватила в ладони лицо женщины-отражения так же, как она держала мое.

Вместо того чтобы взывать к солнцу своей радостью, я воззвала к нему своим гневом.

Вместо того чтобы пытаться управлять светом, я разожгла его своей яростью.

Лицо женщины-двойника исказилось изумлением, а затем болью. Рот у нее открылся, а глаза расширились. Из них полилась слепящая белизна, свет от ее веснушек разбегался в пространство, как огонь по сухой бумаге. Я тоже горела, но уже не чувствовала этого. Вообще ничего не чувствовала.

Свет становился все ярче, ярче и ярче, и от него тени делались чернильно-черными и густыми, как бархат.

Я подхватила их.

Они хлынули в меня, словно глоток свежего воздуха, когда вынырнешь из воды.

Боги, вплоть до сего момента я не отдавала себя отчета, сколько сил требовалось, чтобы это сдерживать. Как я забыла, что магия может ощущаться вот так? Настолько правильной? Пользоваться энергией солнца стало слишком больно. Однако сейчас я испытывала все, что угодно, но не боль. Тени обвивали и защищали меня, они расправлялись, как крылья. Я чувствовала мысли и эмоции мертвых, только и ждавшие меня, как струны оркестра, чтобы я на них сыграла. Я чувствовала безмолвную песнь Нисхождения, безошибочно бравшего свои ноты.