Книга Отвергнутая. Хозяйка кофейного дома, страница 48 – Катрин Алисина

И замер испуганно. Потому что как раз в этот момент Якоб обернулся. Неро его узнал и прикусил язык. Но было поздно.

— Бруно? Близко знакомы, я вижу, — переврал все и тут же усмехнулся Якоб. — А ты еще и изменяешь мне, невинная жена? — лицо его исказилось от ярости прямо во время разговора.

Мужчина резко шагнул ко мне. Я отшатнулась.

Мое тело испуганно сжалось. Не моя реакция. Я никогда не пасую перед пусть даже более сильным противником.

А вот Рейна, похоже, ожидала от Якоба чего угодно.

Он что еще и бил ее?!

Я с трудом распрямила плечи, буквально заставляя себя сделать это.

Не сдаваться, — твердила я себе, — не пасовать и не склонять голову, не прятать глаза в пол перед этим уродом!

Наконец, мне удалось гордо выпрямиться, показывая, что никто тут никакого Якоба не боится.

Проделав это, я наконец-то почувствовала облегчение и уверенность. Внутреннюю силу. Свою силу. Уставилась Якобу прямо в глаза, показывая, что меня не запугать.

— Не твое дело, дорогой муженек, — резко ответила я.

И шагнула вперед прямо на него.

Якоб чуть отшатнулся от моего напора. Поостыл. Опустил руку, которой явно собирался схватить меня за плечо.

— Урсула, Бьянка, кыш отсюда! Обе, — раздраженно приказал Якоб.

На меня он теперь не смотрел. Искал того, кто слабее. На ком можно отыграться за первое поражение. Вернуть уверенность.

Урсула с места не сдвинулась, только на меня глянула. Я тут же покачала головой, подтверждая, пошел он в Бездну, как тут говорят.

А вот Бьянка оказалось более послушной. Или напуганной. Ребенок все же.

Девочка спрыгнула со стула, наступив на больную ножку.

И тут же страшно вскрикнула. Взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие — ноги у девочки подогнулись.

— Бьянка, — всплеснула я руками, — подхватывая ребенка, не давая девочке упасть.

— Ножка, больно, — захныкала Бьянка. — Рейна помоги!

— Заткни свою бастардку, — неласково посоветовал Якоб. — Нам с тобой поговорить надо.

— О чем? — также неласково ответила я, поддерживая девочку, которая теперь опиралась мне на плечо.

— Например, что это за сверток, на который ты все время смотришь? — кивнул он на лежавшие на столе сокровища, завернутые в дешевую ткань.

— Рей-на, — заныла Бьянка, — Рейна, еще больнее теперь.

Лицо ребенка покраснело. Девочка, казалось, разрыдается прямо сейчас.

— Повозка уезжает, — пробормотал Неро, оглядываясь на дорожку перед домом. — Рейна, надо ехать! Скорее! — запаниковал он.

— Да заткнитесь вы все уже, — ядовито приказал Якоб, оглядывая нас. — Рейна пойдет, когда я позволю. А сейчас, дорогая…

— А давай лучше ты сам заткнешься, — без улыбки осадила я бывшего мужа Рейны. — Не лезь не в свое дело. И не распоряжайся моими слугами, — буркнула я. — Чай не у себя дома. Я занята. Увидимся в следующий раз. Все. Уходи, — я махнула рукой, так, словно муху отгоняла.

Ухмылка на лице Якоба сменилась растерянностью, а затем и яростью.

— Ты что себе позволяешь, девка? — рыкнул он, делая быстрый шаг ко мне навстречу.

Тело Рейны вновь сжалось от страха. Девушка помнила, как Якоб уже однажды ударил ее — толкнул, вывернул руку, причинил боль.

Я же почувствовала настоящую ярость.

Опять запугивать решил? Слабую женщину. Заведомо слабее тебя. И угрожаешь силой?!

Ах ты, гаденыш! — разозлилась я. — Ну ты у меня попляшешь.

Схватила первое, что подвернулась под руку — скалка, лежавшая на столе. Которой мы с Бьянкой тесто для пирога раскатывали еще вчера. А вечером сушиться сюда положили.