Книга Искушение недотроги. Ставка на темного ректора, страница 21 – Мария Лунёва

— Двести! — выкрикнул кто-то рядом.

— Двести раз… — госпожа секретарь подняла молоток.

— Триста! — испуганно выкрикнула я.

Все замолчали. Мариса обернулась и такими глазами уставилась на меня… словно не веря.

Я же дрожала как осиновый листок, понимая, что оговорилась.

— А не слишком круто? — прошептал О’Расси.

— Я хотела сказать двести тридцать, — меня мелко затрясло.

— Держи лицо, Кейтлин, — шикнул Хапрен. — Улыбайся. Не хватит — скинемся.

И я растянула губы, боясь упастьв обморок.

Но главное другое — я, кажется, выиграла профессора Анрэ Арлиса.

— Триста раз! — поставленным голосом объявила госпожа секретарь.

Я же в этот момент почему-то на ректора О’Дая смотрела. А он на меня — с какой-то странной улыбкой.

— Триста два!

Мариса засмеялась, что-то выговаривая подругам.

— Триста три… Продано! — Молоток ударил. — Ректор Грегор О’Дай, можете поздравить свою леди…

Темный сделал шаг вперед, и я поняла страшное… Ошиблась.

Не тот лот. У меня перед глазами потемнело. Нет. Как же так?

Не знаю, каким чудом устояла. Я продолжала улыбаться, чувствуя, как бледнею.

Ректор спустился и направился прямиком ко мне. Подошел, поклонился и, взяв меня за руку, поднес ее к губам. Легкий поцелуй обжег костяшки пальцев.

— Осторожнее нужно быть, Кейтлин, — его голос звучал глухо и оттого немного устрашающе. — Повторюсь, так ненароком можно и самой стать желанным лотом.

Прикрыв глаза, я сообразила, что меня просто обвели вокруг пальца.

Ректор О’Дай тихо рассмеялся и, отпустив мою руку, развернулся и ушел к остальным мужчинам.

Я же продолжала стоять и улыбаться.

* * *

Аукцион продолжался, все вокруг веселились. Я же, заставляя себя дышать, смотрела на мужчин и, кажется, не моргала.

Лот за лотом. Ставки. Счастливые выкрики. Поздравления. Ребята за спиной обсуждали что-то, иногда дергая меня за плечи. Я кивала, сама не соображая, с чем соглашаюсь.

А в душе выжженная пустыня. За что ректор О’Дай так со мной? Он не мог не понимать, что я совершенно не интересуюсь им. Зачем так подло разыграл?

Веселья ради? Или просто не желал идти на бал с одной из своих обожательниц, а я самый безопасный вариант.

И главное, не откажусь. Не посмею не пойти. Потому что он член императорской семьи, да что там, он младший сын правителя. Сильнейший темный. И чтобы какая-то светлая выскочка сказала ему "нет", да еще и после того, как на глазах у всех выиграла его лот.

Он все сделал красиво.

Только вот забыл, что я живой человек, способный чувствовать, и сейчас от обиды мне хотелось плакать.

Счастье было так близко, но… он отобрал у меня шанс понравиться тому, с кого я сама взгляда не свожу.

Глаза жгло от слез. Но я продолжала стоять, гордо подняв подбородок, делая вид, что все так, как я и планировала.

— Лотномер семнадцать, — леди-секретарь ударила молоточком. — Начальная цена — сто золотых монет…

И понеслось.

— Сто двадцать…

— Сто восемьдесят…

— Двести…

— Двести двадцать…

— Триста! — в общем гомоне голосов я четко уловила Марису. Вздрогнула и уставилась на нее.

Она счастливо улыбалась, держа карточку.

— Триста двадцать, — перебила ее ставку черноволосая студентка справа.

— Триста пятьдесят? — выкрикнула Мариса.

У меня в горле пересохло. Совсем она, что ли? Да куда столько. У дядюшки сердце прихватит. Я покачала головой, понимая, что это для нашей семьи крупная сумма.