Книга Дом для Маргариты Бургундской. Жена на год, страница 45 – Людмила Вовченко

— Это копчёное долго хранится? — спросила она.

— До весны, если не съедите раньше, — ухмыльнулся мясник.

— Отлично, — кивнула она.

Потом снова специи — уже у знакомой восточной лавки. Лиан встретила её улыбкой, почти радостной.

— Вы вернулись, — сказала она.

— Я всегда возвращаюсь, если довольна, — ответила Маргарита.

Она заказала больше чая, ещё соли, попросила добавить сушёных цитрусовых корок и странную тёмную приправу, которую Лиан называла словом, звучавшим непривычно.

— Это хорошо для мяса, — сказала девушка. — И для овощей.

— Тогда тем более беру, — кивнула Маргарита.

Они снова обсудили доставку, сроки, цены. Всё было чётко. Без лишних слов.

Дальше был ряд шерсти — уже не пряжи, а сырья. Козья шерсть, сбитая, грязная, пахнущая животным и пылью. Маргарита наклонилась, взяла пучок в руки.

— Это ангора? — спросила она.

— Почти, — пожал плечами торговец. — Мягкая будет, если вымыть.

— Будет, — сказала она уверенно.

Она взяла много. Очень много. И краски: охру, кору, порошки для окрашивания. В голове уже складывались цвета — спокойные, тёплые, не кричащие.

— Вы вязать будете? — удивилась Клер.

— Будут вязать, — поправила Маргарита. — Я покажу как.

Последними были мелочи, без которых дом остаётся пустым: верёвки, крючья, замки, запасные петли, простые инструменты. Всё то, что ломается внезапно и всегда не вовремя.

Когда солнце начало клониться к закату, Маргарита почувствовала ту самую усталость — глубокую, честную. Ту, после которой не хочется ни шума, ни разговоров.

— Всё, — сказала она. — Хватит.

Они вернулись в гостиный дом уже под вечер. Во дворе стояли повозки, нагруженные бочками, сундуками, мешками. Стражники проверяли крепления. Гуго лично пересчитывал груз.

Маргарита вышла, оглядела всё это и вдруг позволила себе улыбнуться — по-настоящему.

— Мы похожи на купцов, — заметилаАгнешка.

— Мы похожи на людей, которые думают наперёд, — ответила Маргарита.

Утром они выехали.

Город остался за спиной — шумный, пыльный, щедрый. Повозки шли медленно, но уверенно. Лошади были спокойны. Груз — надёжен.

Маргарита сидела, опершись на подушки, смотрела на дорогу и чувствовала странное, тихое удовлетворение.

Дом ждал её.

Запасы были сделаны.

Люди найдены.

А зима…

Зима её уже не пугала.

Дорога домой

Дом всегда встречает иначе, чем его покидаешь.

Маргарита поняла это ещё на подъезде, когда повозки замедлили ход, а дорога — знакомая, уже изученная за эти месяцы — словно вытянулась навстречу. Воздух здесь был другим: чище, тише, с влажным привкусом земли и трав. Не городским, не ярмарочным. Домашним.

Она глубже вдохнула и только тогда осознала, как сильно устала за последние дни.

Караван входил во двор медленно и торжественно, будто не просто возвращался, а привозил с собой новую жизнь. Бочки глухо постукивали, сундуки скрипели ремнями, лошади фыркали, чувствуя знакомые запахи. Слуги выбежали навстречу — не по приказу, а по привычке: посмотреть, помочь, убедиться, что всё на месте.

Маргарита спустилась осторожно, придерживая живот, и на секунду просто остановилась, оглядывая двор. Он уже не казался запущенным. Не роскошным — нет. Но живым. Обжитым. Здесь были люди, животные, порядок, и в этом порядке — её рука.

— Всё цело, госпожа, — доложил Гуго. — Ничего не потеряли.

— И не потеряем, — кивнула она. — Теперь распределяем.