Книга Брошенная драконом. Хозяюшка звериного приюта, страница 30 – Дита Терми, Эя Фаль

– Убери нос, – проворчала я, не открывая глаз. – А то вылечу тебя от чувства юмора.

– Не выйдет, оно у меня хроническое, – с достоинством ответил кот.

Свет под моими ладонями окреп. Рана стянулась, и зловонная влага вытекла на пол, тут же впитываясь в доски.

Дом неприятно содрогнулся и... вздохнул. Словно принимая остатки чужого яда на переработку с крайней неохотой. По необходимости.

Через пару минут охотник дёрнулся, напрягся и резко распахнул глаза.

– Что... я... жив? – сбивчиво выдохнул он, цепляясь взглядом за меня. – Я... правда... жив?

– Ты – да, – подтвердила я. – А вот пол под тобой – не уверена.

Я отодвинулась, давая ему пространство.

Охотник перевёл взгляд с моего лица на потолок, потом на стены, на светящиеся щели, на камин... и обратно на меня.

Глаза у него были светлые, серо-зелёные, живые. И, судя по тому, как он на меня уставился, ясность в голову возвращалась быстрее, чем приличия.

– А я думал, что... всё, – выдохнул он и вдруг улыбнулся широко, по-мальчишески. – Не верится, что вместо смерти увижу вас. Такую красавицу в наших гиблых местах...

Я озадаченно моргнула.

– Это ты сейчас пытаешься мне льстить? – уточнила я. – После того как залил мне пол и едване умер у порога?

– Не льстить, а благодарить, – серьёзно поправил он, уставившись с таким искренним восхищением, что мне невольно подумалось: от слишком внезапного исцеления у бедолаги помутился рассудок. – Вы такая необычная, госпожа. Тут всё серое, тяжёлое, мёртвое. А вы – живая. Не подходите этому месту. Слишком... чистая...

Я почувствовала, как к щекам прилила кровь. Вот только этого мне не хватало – флирт от почти трупа посреди Гиблых земель.

– Чистая? – хмыкнула я, глядя на свои руки, испачканные кровью и болотной жижей. – У меня грязь под ногтями, тина по подолу, волосы в паутине. Я самая настоящая здешняя достопримечательность.

– А всё равно видно, – упрямо мотнул он головой. – Глаза у вас... не отсюда. И голос. И магия. Вы не из этого края.

– О, миледи вообще из другой жизни, – не выдержал Пэрси. – Там у неё были платья с кружевами, муж с гербом и куча идиотов вокруг. Теперь вот у нас. Повезло нам, да?

– Кому как, – пробормотала я.

Охотник улыбнулся ещё шире, упёрся локтями в пол и, к моему лёгкому ужасу, потянулся к моей руке.

– Я... не знаю, как вас благодарить, – произнёс он пламенно. – Но если нужно будет что-то сделать, принести, достать – скажите. Я не трус, в лес хожу давно. Ради такой прекрасной хозяюшки я и в самое логово монстров пойду.

Его рука была тёплая, мозолистая, вполне нормальная человеческая ладонь. Я задумчиво рассматривала её в раздумье, как бы деликатно охладить воодушевление случайного пациента.

Внезапно по полу прошла едва заметная дрожь.

Где-то в дальнем углу тихо треснула доска, будто Дом очень вежливо кашлянул. И следом сразу же пришла другая волна... но не от пола.

От спины.

Жар подступил так резко, что у меня по позвоночнику побежали мурашки. Воздух стал плотнее, тяжелее, как перед грозой. Свет от очага чуть дрогнул, языки пламени вытянулись, словно их подтянуло к чьему-то дыханию.

Я не стала оборачиваться. И так знала, откуда это.

– О-о-о, – вдохновенно прошептал Пэрси почти у моего уха. – Наш дракон шипит. Сейчас кого-нибудь поджарят до хрустящей корочки. Миледи, вы там с чужой рукой-то поосторожнее, а то с ней вместе запечёт.