Книга Всеслава, страница 139 – Тина Крав

— Мне, наверное, поблагодарить тебя надо, — отводя взгляд в сторону проговорила девушка, — ты мне помог. Не дал пострадать под колесами телеги.

Мужские губы дрогнули в улыбке, а глаза открыто смотрели на нее.

— Отблагодари, девица, — прижав руку к груди склонил он голову в легком поклоне, — испей меду со мной сладкого.

Она, прищурившись посмотрела на него. В его взгляде светилось восхищение. Невольно она отступила на шаг назад, чувствуя, как нехорошее предчувствие зарождается где-то глубоко внутри. Нет, она ничего плохого не испытывала к Остромыслу. И была даже благодарна ему за помощь. Он во второй раз спасал ее, но то, как он смотрел на нее… ей это пришлось не по нраву. Похожий взгляд она видела у Искро, когда они оставались наедине. Но Искро был ее мужем, а вот Остромыслу не пристало подобным образом смотреть на чужую жену.

— Прости, добрый молодец, но не могу я. Тороплюсь. — Слава слегка улыбнулась, смягчая отказ. — Мужа дома поджидаю с дальней дороги. Благодарю тебя за помощь твою и сердце доброе… — приложив руку к сердцу, Слава низко поклонилась дружиннику. Не глядя больше на него, развернулась и скрылась в толпе.

* * *

Слава нарезала овощи, когда за спиной раздался смешок. Обернувшись, она наткнулась на высокомерный взгляд Божены.

— Смотрю ты неплохо справляешься, — ехидно произнесла она, рассматривая заваленный овощами стол. — Ну и где теперь ты? У меня в услужении. Попробуй теперь слово против сказать!

Слава посмотрела на нож в своей руке. А наверное неплохо, что Искро научил ее им пользоватьсяне только для нарезки овощей. Ее губы растянулись в хищной усмешке.

— И попробую. Иди куда шла, Божена. Не у тебя я в услужении. Ты тут никто. У князя законные жены есть. А ты еще ниже меня. Не жена… ни любая…Только не понимаешь этого. Или не хочешь понимать.

С лица соперницы сбежала улыбка и она посмотрела на Славу. Та лишь приподняла бровь, совершенно спокойно глядя на соперницу.

— Думаешь ты любая? Да ты Искро просто пока интересна. Вот и забавляется с тобой. Потом все пройдет, так всегда бывает. Найдет себе другую.

— По себе судишь? Сколько ты была Искро интересна? Меньше месяца? А мы с ним на Любомир на Купала пошли. А уже первые осенины* (праздник отмечали в начале сентября) прошли. И день Сварога скоро*. (В этот день отмечали осеннее равноденствие, начало охотничьего сезона, встречу Дажьбога и Марены.) А Искро я до сих пор мила. И не пройдет это, Божена. Я его жена, а не полюбовница. Тебя он быстро забыл. А с моим именем в мир Слави пойдет.

— Не много ли на себя берешь? Долюшка девица коварная. Может и клубок твой жизненный из рук выпустить.

— Не пугай, пуганные, — усмехнулась Слава, отворачиваясь и продолжая нарезать овощи, ловко орудуя ножом и не обращая внимания на Божену, хотя исподволь продолжала следить за ней.

— Тебе бы мне в ножки кланяться, да руки целовать, — бросила Божена. — Ты в княжеских хоромах. Мне достаточно князю на тебя пожалиться и тебя в погреб посадят. Или в порубе* (своего рода темница или тюрьма — вырытое в земле глубокая узкая яма, обшитая изнутри деревом в которую преступников спускали по лестнице) запрут. Посмотрим, как ты потом говорить будешь.

Слава выпрямилась, оборачиваясь к Божене и делая шаг к ней. Кончиком ножа она уткнулась в ткань на ее груди.