Книга Всеслава, страница 136 – Тина Крав

— Ты все видел? — ужаснулась она. Искро кивнул.

— Они меня смотреть заставили. К столбу привязали. Им всем потом горло перерезали, — его голос сорвался. Слава приподняласьи провела рукой по его щеке, с отросшей щетиной.

— А тебя забрали?

— Да. Нас через поле вели. Я там и батю с братом увидел.

— А потом? — не смело спросила она, когда он замолчал. Искро повернул к ней голову. Бережно отвел рассыпавшиеся волосы на спину.

— Потом… Я был слишком горячим. За родных пытался отомстить. На стражников бросался. Меня поначалу хотели на торгах продать. Есть у них невольничьи рынки. А молодой парень, полный силы дорого стоить будет. Да с моим норовом не получилось у них. Они решили меня казнить. Зачем им ненужные проблемы? Да заметил меня хан местный. Долго со мной говорил. Зацепил тем, что отомстить смогу, коли оружие в руках держать научусь. Уговорились мы с ним, что десять лет ему служу. А он меня ратному делу учит. Коли потом смогу уйти, свободу мне даст.

— И ты в набеги ходил?

— Не на наши земли. Сюда меня не брали. Видимо боялись, что земля родная силушки прибавит.

Слава тихо выдохнула. Ей даже легче стало после этих его слов.

— А как ты в плен попал?

— Сам по сути сдался. За полгода до этого в плен Добрыня попал. Новгородцы да киевляне крепнуть стали. Степнякам все сложнее приходилось. Меня и взяли в набег на приграничные земли. Наверное решили, что я уже свой. Правда тогда поражение они потерпели, — Искро на мгновение умолк, — Добрыня долго выкарабкивался. Потом я его до границы провел. А когда очередной налёт был, на Переяславское княжество, меня ранило. Не сильно, мог бы уйти. Но на поле остался.

— И на этот раз тебя приняла за степняка и чуть не казнили уже свои? — Искро кивнул. Слава на мгновение задумалась.

— Значит, вот почему ты меня всему этому учишь… — тихо пробормотала она. — Хочешь дать мне шанс, чтобы в случае чего со мной не случилось того, что с твоей матушкой да сестрами? — его руки лишь сильнее сжались вокруг нее, подтверждая ее догадку. Слава приподнялась, глядя в его лицо.

— Ты сказал, жили у границы, — насторожено произнесла она, прокручивая в голове его рассказ, — значит ты…

— Вятич. Как и ты.

В ее глазах вспыхнуло удивление. А муж тихонько хохотнул.

— Не ожидала? Готова была с чужеземцем семью строить?

— Ты же мужем стал…

— Будь я степняком, даже пройдя с тобой Любомир, не признал бы женой, — проговорил он, наблюдая за ней, — я тебе поэтому тогда и сказал, чтоодной земли мы дети.

Слава начала понимать.

— Чтобы обеты данные богам имели силу…

— Да. — Слава смотрела в его глаза, медленно погружаясь в их глубину. — Жена ты моя, Слава. Даже не сомневайся.

Она широко улыбнулась, опустив голову на его грудь.

— А с князем. Что за уговор?

Он вздохнул.

— Ты не можешь забыть?

Она посмотрела на него.

— Нет.

Он снова вздохнул.

— Князь считает, что я отрабатываю то, что он за меня тогда переяславским князям отдал.

— Но это не так. Ты бы спокойно мог уйти. А ты землю родимую защищаешь.

— Да.

Ее глаза скользили по его лицу, словно она впервые видела его. Как она могла его за чужеземца принять? Он слишком хорошо знает их традиции и обряды. Невозможно все это изучить, живя на земле. Это с молоком матери впитывается. Наконец-то она начала понимать его. Теперь она видела все по — другому.