Книга Два спутника планеты Ксюша, страница 25 – Татьяна Раевская

– Ба, а кто у вас признался в любви первым? – я решился и спросил.

Она улыбнулась.

– Наверное, он.

– Это как? Ты что, не знаешь?

– Мы на лекции сидели, – она мечтательно посмотрела в небо. – Слушали про русскую поэзию начала XX века, Серебряный век и все такое. И вдруг он мне пишет, прямо в своей тетради. Пододвинул ее, так чтобы я видела:

– Это стихотворение Бунина, – бабушка улыбнулась. – Вы проходили?

Я покачал головой. Но бабушке это было не важно.

– А я ему в ответ в своей тетради:

– Это Зинаида Гиппиус, если не знаешь. Вы, наверное, только в 10-м классе будете их изучать, хотя может, сейчас другая программа…

Я смотрел на бабушку и не узнавал ее. Лицо ее сияло. А глаза словно видели что-то, чего не видел я. Она рассеянно похлопала меня по рукаву.

– Беги в школу, Илья! А то опоздаешь.

Я помчался. Добежал до поворота, остановился, оглянулся – бабушка подняла с земли желтый кленовый лист и теперь стояла, вертела его в руках. Будто читала написанные на нем загадочные письмена из прошлого. Издалека она была похожа на девушку моего возраста. Она была похожа на Ксюху.

Весь день я готовился. Прокручивал в голове слова. Не мог спокойно сидеть на уроках, все время дергался, ничего не соображал, как будто в голове было болото. Как ей позвонить? Номер ее у меня был – когда мы начали репетировать «Сирано», мадам Вейле организовала чат в Телеграме и добавила туда всех участников. И я сразу Ксюхин номер занес себе в телефон. И стихотворение тогда ей послал летом, после премьеры, но она не ответила. И вообще сделала вид, что ничего не было. И в сентябре как ни в чем не бываломимо проходит – привет! И все. Так что не получился у нас роман в стихах, как у бабушки с дедушкой.

Что ей сказать? А вдруг я не вовремя. И она меня пошлет? А вдруг нет?.. Как это вообще делается? Пригласить ее в кино? Как-то банально и с первого раза, наверное, не стоит. Как вообще у Поповой с Кашем это началось? Он подошел к ней, типа – давай будем парой? Или она к нему? Что конкретно надо сказать, чтоб не облажаться?

– Илюха, ты сегодня какой-то не в себе, – сказал Никита. – Че ты дерганый такой? С самого утра. И весь день.

– Да нет. Все норм.

А может, рассказать ему? И что-нибудь вдвоем придумаем?

Но тоже страшно. Не потому что Никита меня засмеет, он не такой. А просто… не хочется никому отдавать это, как будто нельзя. Оно такое… необычное, живое. И я чувствую – не любит болтовни. Надо сохранить его целиком для Ксюхи.

Я украдкой смотрел на нее – и как она задумчиво крутит ручку, и как склоняет голову, когда Алиска ей что-то шепчет, и как держится за мочку уха, когда слушает учителя. Алиска поймала мой взгляд, и я быстро отвел глаза.

После четвертого урока Ксюха ушла.

– Илья, у тебя запасной ручки нет? – прошептала Алиска на английском.

Я покопался в рюкзаке, но не нашел и отдал ей свою. Все равно я ничего не записываю, мозг как будто отсох.

Математический кружок, естественно, отменили, и мы с Никитой побрели домой. Он шел рядом молча, ни о чем не спрашивая, но я знал: если я захочу ему рассказать, он сохранит мой секрет. Просто я не хотел.