Книга Приключения дракона и кота. Большое путешествие, страница 25 – Оксана Иванова-Неверова

«Почти родная мать, – подумал Кот, – сердцем чувствует беду. И хребтиной, и хвостом, и холодным мокрым носом. Что, если Гуслю привели именно сюда? Конечно, именно сюда его и привели! И привязали. И съели…»

Кот поперхнулся, шлёпнул себя по уху, приводя в чувство, и решительно направился в цирк.

Кот ещё помнил цирк, в котором однажды работал. Этот был почти точной копией, только развалившейся. Кот запрыгнул на барьер вокруг арены и немного пробежался по кругу – лапы с готовностью выполняли заученный номер. Потом он должен был выскочить в центр, взобраться по лесенке на верёвку и распушить хвост.

– М-да, – хмыкнул он в усы, вспоминая себя в красном колпачке, и посмотрел туда, где должна была быть установлена лесенка.

В центре арены, утонув наполовину в пыли, валялось что-то круглое и синее. Шарик для жонглирования. Очередной.

Кот спрыгнул на присыпанный опилками пол и потянулся за шариком… ЩЁЛК, ХЛОП, ТРРР… сработал какой-то потайной механизм, заскрежетала лебёдка, и Кот, запутавшийся в верёвочной сетке, взмыл под купол цирка. Старая сетка скрипела, подгнившая верёвка грозила оборваться. Кот оценил расстояние. Неудачное. Очень неудачное. Шмякнуться на жесткий пол и превратиться в мешочек костей было бы неприятно. Сетка с котом раскачивалась, словно авоська в великанской руке. И не было у Кота ни оружия, ни защитника, ни силы взгляда…

Между тем из чёрной глубины коридора, издавая хриплые звуки, на арену выдвигалось что-то белое…

– Мерзкий кот, – просипело оно. – Вот ты и попался.

Кот с вытаращенными глазами хватал пастью воздух. Он, конечно, выгнул бы спину и напряг лапы, но… когда ты болтаешься в авоське – не больно-то много вариантов. Кот вздохнул поглубже, зажал себе уши и… зашипел со всем возможным устрашением. Он превратился в сплошной комок зверского шипа. Одинокая мышь, проживавшая в подполе разрушенного цирка, в тот вечер потеряла память и сбежала навсегда в неизвестном направлении.

То, что пыхтело в коридоре, замешкалось. Раздался стук: что-то упало и, подпрыгивая по бетонному полу, подкатилось к арене. Шарик для жонглирования. Кот извернулся в сетке и мрачно подытожил:

– Ну вот и полный комплект. Все цвета радуги.

Кот уже давно обдумывал эту мысль. Первый найденный Гуслей шарик был красным. Второй, обнаруженный под деревом, оранжевым. На третий – жёлтый – наступил сам Кот. Зелёный пожевал Капибара, голубой завалялся в вагонетке, синий… Синий заманил Кота в ловушку.

Оставался последний. И он маячил внизу глянцевым фиолетовым бочком – слишком ярким для мёртвого цирка и нависшей беды. Кот клацнул зубами. Чтобы предотвратить позорное зубостучание, он покрепче схватился за сетку и подбодрил сам себя:

– Каждый охотник желает знать, где сидит… ПИНГВИН?!

Пингвин! Хрипло дыша, угрожающе булькая горлом и присвистывая, к арене ковылял гигантский пингвин. Пингвин-переросток, пингвин-мутант – страшная аномалия. Кот всхлипнул от неожиданности и вцепился когтями в собственные бока. Вниз полетели клочья шерсти, но боль немного привела Кота в чувство.

Между тем жуткий пингвин перевалился через бортик, грузно плюхнулся на арену и направился к беспомощному Коту. Кот одним глазком взглянул на пол. Тяжёлый пингвин оставлял в опилках глубокие отпечатки. И тут до Кота дошло, кто ходил у колодца, топтался ночами вокруг стоянок, заморочил путаными следами Капибару и помял землянику. Перепонки отпечатывались плохо, а вот след трёхпалой лапы выглядел совершенно как драконий.