Книга Море никому не расскажет, страница 86 – Юрий Усачёв

– Что? – искренне удивилась я.

– Твое чистосердечное признание во всех подробностях зафиксировано. Я все записал.

Воздух застыл в моих легких, потому что в палату вошел Эрик. Тот Эрик, что убил своих родителей и ударил Тео кирпичом! Он был одет так же, как в день нашей встречи на терапии, когда он прикидывался доктором, – клетчатая рубашка, зауженные черные брюки, прямоугольные очки в толстой оправе кораллового цвета. Волосы аккуратно собраны в хвост, виски подбриты.

– Тео, что происходит?! – вскрикнула я.

Мысли лихорадочно скребли мой череп, и одна из них пронзила меня насквозь вопросом:

– Я не говорила тебе, что у меня есть квартира в Даутфолсе… Ты и он…

Тео спокойно посмотрел на Эрика:

– Она начинает понимать, но это уже неважно. Мы закончили, доктор Курари.

– Хорошо, потому что при долгой беседе снова могли бы включиться защитные механизмы, и мы бы опять столкнулись с расколом.

Эрик повернулся ко мне и отреагировал на мой испуганный взгляд:

– Аманда, дышите. Вы совершили подвиг. Но от тюрьмы мне вас не спасти. Разделенные части личности соединились в…

– Я сейчас сплю?! – крикнула я и попыталась встать с кровати.

Тео резко вскочил, доставая молниеносным движением наручники, будто из воздуха, сцепил мои руки и усадил обратно на кровать:

– Извини, Аманда, но игры с подсознанием закончились.

– Сможет ли человечество когда-нибудь разгадать все тайны мозга?! Сложно сказать… но благодаря вам, Аманда, маленький шажок в сторону истины сделан! Мне еще предстоит проанализировать весь процесс эксперимента, закрыть некоторые сопутствующие проблемы, потому что у юристов наверняка будет много вопросов. Конкуренты обязательно натравят на меня самых сильных псевдоискателей справедливости. Будет война! Ха! Да будет так! Наука восторжествует в любом случае. В конце концов, все идет на благо человеческих масс. На благо нашего будущего, где, возможно, мы станем полноценными хозяевами самих себя! А пока, и ваш случай это подтверждает, доверять себе невозможно. Человеческая психика настолько пластична, что ее возможности придется постигать еще очень долго. А эти преграды! Ни один полноценный эксперимент нельзя провести без согласия испытуемых! Мы топчемся на месте. Приходится идти на некоторые хитрости.

Эрик не был похож сам на себя. Манера речи другая. А эта улыбка… В ней было что-то надменное. Остался только огонек сумасшествия в глазах.

– Эрик, что ты несешь? – непонимающе спросила я.

– Доктор Курари. Это мое настоящее имя, – ответил он. – Вы сейчас явно в замешательстве.

Не то слово! Передо мной какой-то цирк!

Тео стоял рядом с кроватью, скрестив руки на груди, и внимательно наблюдал за мной.

– Во всем виноваты травмы психики. Вы знаете, нескольким людям можно нанести одну и ту же рану, но урон от нее будет разным. Болевой порог, иммунитет, индивидуальные реакции и всякие прочие мелочи создают уникальный случай. Как у вас, например. Теперь мы знаем всю историю ваших внутренних травм. Давайте воспроизведем последовательность!

Эрик, или доктор Курари, я уже запуталась, на секунду выбежал из палаты и вернулся с огромным блокнотом формата А3 и синим маркером. Он поставил чистые листы передо мной на край кровати и нарисовал одну ступеньку:

– Потеря матери… Полиция навела справки о вашем прошлом, здесь не было никаких проблем. Системные данные и пара опросов соседей. Ничего нового. Так вот! Сильнейшее потрясение для ребенка, даже если вы и не переживали сумасшедших истерик. Внешнее проявление не всегда созвучно внутреннему. Предположу, что отец бросил вас. Согласно сведениям, которые раздобыл Теодор, он ведь исчез, и вашим опекуном стала тетя. И вот уже потеря второго родителя.