Книга Море никому не расскажет, страница 80 – Юрий Усачёв

Мне было сложно принять факт того, кто передо мной:

– Значит, ты – часть меня?

– Верно! Другая версия Аманды, которую ты так усердно прятала и искренне верила, что смогла избавиться. Но это невозможно. Никогда. Подарив мне самостоятельную жизнь, стоило задуматься о последствиях. Я не могла жить приглушенно. Непринятая часть нуждалась в единении. В воздухе и сознании. В выплеске всех заблокированных эмоций. Вот я и просыпалась. Чаще по ночам. Во время твоих путешествий по видениям.

– Мои ночные походы во сне, странные перемещения в забвении – это все ты?! – вырвалось из меня с нарастающей злостью.

– Твой гнев глуп и неуместен. Ты направляешь его на саму себя. Ну а этот вопрос совсем некорректный. Да это была я, но в то же время это ведь ты. Глупо снимать с себя ответственность.

Я замахнулась, чтобы ударить отражение кулаком.

– Бей! Давай! – воскликнуло оно. – Разобьешь зеркало и поранишь себя. Думаешь, мне будет больно от твоего удара? Или, может быть, я исчезну? Аманда, не глупи.

Рука опустилась на стол, я продолжала слушать.

– Я не появлялась перед тобой явно и не входила в контакт, берегла тебя. Мое появление выплескивало огромную силу, тело не справлялось, лопались сосуды, текла кровь. Я все скрывала, чтобы ты не испытывала шок. В самый страшный момент ты меня выпустила и дала полноправную волю. Даже радовалась этому, но потом осознала, что натворила. Запаниковала. Пришлось немного откусить от твоей памяти и замести следы. Только так не может продолжаться. Аманда, тебе придется принять меня. Принять то, что ты сделала. Я часть тебя.

Мое сердце забилось очень часто. Ни малейшего понимания, о каком страшном моменте идет речь, но изнутри рвалась наружу паника. Я чувствовала, что сейчас столкнусь с уродливой неизвестностью.

Отражение положило ладонь на зеркало:

– Давай же.

Мои пальцы задрожали, но все же удалось прислонить их в ответ. Сейчас я и мое отражение застыли в идентичных позах. Мы стали одним целым. Все синхронизировалось. Мою ладонь прожгло огнем, и она прилипла к зеркалу.

– Смотри! Прими все, что ты натворила. – произнесло отражение.

Я увидела себя настоящую. В тот момент. В том времени. Я вспомнила. И возненавидела себя навсегда.

Никогда мне не избавиться от этого греха. Он раздавил все мое существо окончательно. Я уничтожила себя. Простить теперь просто невозможно. Наказание должно быть самым жестоким.

Ноги приросли к полу в пустом коридоре банка. Мысленно я пыталась сбросить куски грязи со своей души. Ошметки черной липкой массы летели в разные стороны, а новые наползали на сердце. Нефтяная субстанция просочилась сквозь ткани внутренних органов и стала заполнять кишечник. Потом поползла в желудок. В пищевод. Рвотный рефлекс ждал своей очереди.

Меня вырвало на пол желтой жидкостью. Желчь. Я вся пропитана горьким соком греха. Гладкий кафель отражал мое лицо – лицо мерзкой твари. Она не заслуживает права жить! Я ударила ладонью об пол, собрав всю возможную ярость. Мизинец хрустнул. Я взревела от боли и ненависти к себе. Истерика захватила все мое тело, и оно стало биться об пол. Конвульсии охватили каждую жилку и сотрясали кости, как беспощадный блендер.

Чужие руки пытались остановить меня. Я врезала кому-то по лицу. Потом почувствовала давление на ноги. Постепенно все тело было обездвижено. Голова все еще моталась из стороны в сторону, рот выкрикивал проклятия.