Книга Детектив к Рождеству, страница 65 – Анна и Сергей Литвиновы, Артур Гедеон, Татьяна Устинова, и др.

— Осторожно, не порежьтесь! — заметил он, подходя к окну.

— К нам сегодня забирались воры, мама? Это были злые духи, которые напали на дядю Альберта? А нас защитил Беллент? — спросила пятилетняя кроха.

— Да, милая. Беллент нас спас! — выдохнула Мари, обнимая девочку.

— Но я не слышала сегодня ночью, как он лаял! — сказала малютка.

— Ему не нужно лаять, чтобы защищать дом. Ему достаточно появиться перед вором, улыбнуться во всю свою пасть, и тот сразу исчезает! Вот так! — Мари серьезно посмотрела на девочку и так страшно оскалилась, что дочка залилась смехом.

Ленуар накинул свой толстый шарф, и они все вместе вышли на порог, где он снова их остановил. Ко входной двери вели две дорожки свежих следов.

— Прошу, не наступайте на следы, выходите на дорогу справа, вдоль сугробов, — сказал он Мари с дочкой, и та быстро потянула ребенка прочь из дома, в котором только что произошло убийство. — Мари, только никому пока ни о чем не рассказывайте!

Молодая женщина кивнула и через минуту скрылась за воротами.

Ленуар огляделся. Вокруг было тихо. Он обошел дом, остановившись у разбитого окна. Странно, но снаружи к окну не вели никакие следы. Если вор разбил окно, чтобы его открыть и пробраться внутрь, то почему нет следов? Даже если их замело снегом, должны были остаться неровности, но все вокруг было покрыто чуть подмороженной снежной коркой. Ленуар разрыхлил снег под разбитым окном. На земле заблестели большие куски стекла. Но если здесь валяются крупные осколки, а под окном внутри — только мелкие стеклышки и мокрые пятна от растаявшего снега, то это значит, что окно разбили изнутри! Получается, что «вора» не было, а Альберта убил один из гостей особняка де Вильре. Ленуар хмыкнул и провел замерзшими пальцами по усам. Его надежда на то, чтобы провести Рождество в теплом семейном кругу, окончательно развеялась.

Вернувшись к следам, ведущим от входной двери, он внимательно их осмотрел. Следы с первой дорожки были неглубокими и маленькими по размеру. Рядом с ними кое-где отпечатались углубления в виде продолговатых прямоугольников. Вторая дорожка следов, наоборот, представляла собой отпечатки крупного размера — и очень глубокие и в одну и в другую сторону.

В доме раздались новые крики, и Ленуар поспешно вернулся.

Атавизм викторианской эпохи

— Не смей так отзываться о моем женихе! Кристиан, как тебе не стыдно произносить такие слова при мсье де Вильре! — задыхаясь от слез, говорила Тереза.

При виде Ленуара Кристиан пожал плечами.

— Габриэль, я говорю только правду! Альберт всегда любил красивых женщин! Вот скажи, разве это не комплимент? — Он округлил глаза и подошел к стойке с сигарами. — Сам посуди: ведь наш дом наполнен прекрасными созданиями! Да, Аделин? — добавил Кристиан, подмигивая кухарке.

Тереза покраснела и поднялась к себе в комнату. Старик де Вильре продолжал сидеть на стуле, уставившись в одну точку. На полу, склонившись над трупом, стояла на коленях Элизабет Хардинг.

— Бет, я же сказал, ничего не трогать! — быстро подошел и опустился рядом Ленуар.

— Мсье, я закончила медицинские курсы санитарок и хотела убедиться, что Альберт действительно мертв.

Ленуар вздохнул. Ему это было очевидно и без проверки. Однако теперь сложно сказать, в каком именно положении лежала рука Альберта де Вильре, когда он умер. Ленуар попросил мисс Хардинг отодвинуться и поискать успокоительное для отца семейства, затем надел тонкие кожаные перчатки и, в свою очередь, склонился над трупом.