Онлайн книга «Детектив к Рождеству»
|
Усач, укутанный в шарф, сноровисто подхватил один из чемоданов и подал руку последней гостье. — Элизабет, прошу вас, пожалуйте за мной. Элизабет Хардинг стянула автомобильные очки и в первую очередь вытащила за собой две пары лыж, словно весь остальной багаж для нее не представлял никакой ценности. Затем вся компания направилась в дом. Пока старый слуга помогал дамам устраиваться на втором этаже, усач зашел в гостиную и опустился в большое мягкое кресло времен Наполеона III. На мраморной каминной полке лежала стопка аккуратно разрезанных конвертов с письмами, чернильница с пером и набором для вскрытия писем. Мраморный камин был редкостью в таких городах, но, видимо, семья де Вильре могла себе позволить такую роскошь. Усач подбросил в камин полено. Огонь радостно обхватил свою добычу яркими языками пламени. Бархатная волна тепла окутала гостиную. Гость вдохнул аромат хвои и смолы и развязал шарф. В его семье уже давно не собирались в семейном кругу на Рождество. С тех пор как умер отец, мать много играла по праздникам на пианино, а потом плакала. Он не очень любил в такие дни оставаться в Париже, и когда приятель по карточным играм Кристиан де Вильре пригласил к себе на Рождество в Пиренеи, да еще в компании двух прелестных дам, усач с облегчением согласился. В углу до самого потолка возвышалась елка. Такие разлапистые дикие елки встречаются только в горах. В Париже бы она стоила целое состояние. Ее пушистые ветви украшали разноцветные бумажные ленточки и красивые стеклянные шары. Блестели колокольчики, фантики, в которые завернули орешки, конфеты и пряники, а между ними светились самодельные фигурки ангелочков с белыми фарфоровыми головками, растопыренными в разные стороны ручками и локонами из овечьей шерсти. От свечей, привязанных проволокой к ветвям, исходил мягкий теплый свет, и даже ведро с песком, поставленное под деревом на случай пожара, не омрачало атмосферу приближающегося праздника. На лестнице послышались шаги, и вскоре в гостиную влетел Кристиан де Вильре. За ним вошел статный пожилой господин с бакенбардами и пенсне и высокий человек в охотничьем костюме. По их одинаково нависающим векам, как у людей из семьи, в которой несколько поколений проживали в горах и щурились от яркого солнца, усач сделал вывод о том, что перед ним три последних представителя благородного семейства де Вильре. Они не заметили его присутствия. — Кристиан, в приглашении говорилось, что мы собираемся 15 декабря, а вы приехали только сегодня. В следующий раз можешь вообще не приезжать! С тех пор как умерла мама, ты здесь почти не появляешься, — сказал старший брат. — Да, и кстати, своего карточного прихвостня и эту вздорную мисс Хардинг тоже оставляй в Париже. Нам в Люсе скандалы точно ни к чему, правда, отец? — Крис, в этот раз ты действительно слегка перегнул палку, — прогундосил старик де Вильре и подошел к столику у окна, чтобы налить себе стакан горького ликера «Суз». — Альберт с Терезой гостят у меня уже неделю, и… — Ох, пап́а, можно подумать, что твой Альберт с Терезой как монах с аскезой — никогда не играл в карты и не гулял, — парировал Кристиан. — Во всяком случае, я никогда не тащил в родительский дом всякое отребье! — сказал Альберт. В этот момент Кристиан заметил своего гостя в кресле у камина и, прыснув, ответил: |