Онлайн книга «Детектив к Рождеству»
|
Шумаков шумно выдохнул. — А мне почему не сказала? Наврала, что за булкой ходила? — Да вы же всегда громче всех кричите, что на работе никаких личных дел, — пробормотала Маша и всхлипнула. — Как тебе скажешь, когда ты у нас — гроза! — поддержал Глеб. — Я тебя сам боюсь. К Шурке на свидание чуть не в окно лезу, черт!.. На тебя попадешь — мало не покажется! Шумакову стало еще хуже, чем было. — Значит, ты сняла пакет, когда он уже умер?! И никакой другой не ставила? Маша посмотрела на него сочувственно и с некоторым подозрением, как на ненормального: — А… зачем ему ставить, если он… умер уже? Все разом зашевелились, словно выдохнули, и опять замерли. Нонна держала перед собой бутылку с шампанским как брандспойт. — Давайте дернем по глотку, — предложил Глеб, вышел из-за Нонниной спины и шлепнул на стол, рядом со злополучным пакетом, полбатона толстой вареной колбасы в целлофановой обертке, — пусть у нас до праздников больше никто не помрет! — Он умер просто потому, что умер, — в ухо Шумакову сказала Нонна Васильевна и поставила наконец свою бутылку. — Не переживай ты так, Дмитрий! Когда он скатился с крыльца, черная «Хонда» уже стояла неподалеку. Снег сыпался, падал на капот и медленно таял. Катя Рождествина сидела на корточках рядом с передним колесом и гладила по голове давешнего пса. Пес был здоровый, худой, со свалявшейся, как будто лишайной, шерстью. Шумаков поскользнулся на ступеньке, чуть не упал, она подняла голову и посмотрела на него. — Он пришел поздороваться, — сказала она про пса. — Про жизнь рассказать. — Рассказал? — спросил Шумаков глупо. Она кивнула. Ее замшевая перчатка с тонкой золотой цепочкой на запястье была в мокрой собачьей шерсти. Ветер налетел, приналег, пес зажмурился и отвернулся. Катя поднялась и посмотрела на Шумакова. — Вы хотели меня видеть? Что-то случилось? — Ничего не случилось, — выпалил Шумаков, ужасаясь тому, что говорит, — просто я хотел сказать вам, что ваш дед был чудесный человек. Изумительный. Катя погладила подсунувшуюся собачью башку. — Это точно, — сказала она задумчиво. — Вы только за этим меня позвали? Шумаков кивнул. В жизни не попадал в такие идиотские положения. Пес переступил передними лапами. Совсем замерз, наверное. — Поехали? — вдруг спросила Катя Рождествина, телевизионная ведущая. — Вы мне поможете его вымыть. На маму никакой надежды, и живет она далеко. — Кого… вымыть? — не понял Шумаков. — Его. — И она кивнула на пса. — Смотрите, какой грязный! Как же он будет в квартире жить? — Вы хотите?.. — Его зовут Гриша, — торопливо перебила Катя. — По-моему, именно так его и зовут. Как вы думаете? Шумаков посмотрел на пса. Пес посмотрел на него и вильнул хвостом со слабой надеждой. — Пожалуй, — согласился Шумаков. — Пожалуй, Гриша. — Ну уж точно не Вася, — заключила Катя и открыла дверь в салон своего джипа. — Садитесь. Под самый Новый год метель опять разгулялась, и радостно было думать, что праздник уже наступил и можно никуда не спешить и валяться хоть до завтрашнего вечера. И на дежурство Шумакову только третьего числа — вот когда! На елке вздрогнул и тоненько прозвенел колокольчик. — Ангел пролетел. — Ты в них веришь? — А ты нет? Он пожал плечами. — Я не знаю. — Почему?.. — Не знаю, и все тут. Я же врач. И некрещеный даже. Мать в церковь ходит, ставит свечку за меня, а я так… Фома неверующий. |