Книга Завещание свергнутой королевы, страница 102 – Ольга Володарская

Она надумала поехать в родной город в день своего настоящего дня рождения спонтанно. Узнав, что на следующей неделе не сможет освободиться не только Тоша, но и Ари, решила не тянуть, а отправиться поскорее. На два ближайших дня у нее никаких дел, значит, можно провести их в Гороховце.

— А как же поминки? — спросила у нее Софья Петровна. — Ты собиралась быть на них.

— Спросила у Ари, нужна ли моя помощь, та сказала, что нет, — торопливо ответила Варя, рассовывая по карманам рюкзака вещи в дорогу.

— Но что за спешка? Кто-то из родни заболел?

— Все здоровы. Тьфу-тьфу-тьфу, — сплюнула через левое плечо она. Варя считала эту привычку провинциальной, но никак не могла от нее избавиться. — Просто билеты с большими скидками выложили, не могла не купить.

— Когда вернешься?

— Завтра к вечеру, — ответила она и, помахав на прощанье Софье Петровне, выскочила из квартиры.

И вот она в поезде, а меньше чем через час будет дома.

Пора звонить маме!

— Как подъезжаешь к городу? — всполошилась она. — Ты же на день рождения собиралась! С друзьями.

— Не получается. К тому же… день рождения у меня сегодня.

— Уже жалею, что сказала тебе об этом, — вздохнула мама. — И предупреждаю: все последующие годы поздравлять тебя буду по старинке.

— Я не против. Но раз уж я приехала…

— И очень жаль, потому что меня в Гороховце нет! У меня командировка.

— С каких пор ты ездишь в командировки?

— Уже месяц, как я на новой работе. Сопровождаю туристические группы по Золотому кольцу. В город вернусь только через три дня. Почему ты не предупредила, что приедешь?

— Это было спонтанное решение, — пролепетала Варя. — Как жаль, что я тебя не застану… Но хотя бы бабушку навещу и отца.

— К Рите еще зайди, — так звали ее двоюродную сестру. Ту самую, что разбила Варины мечты о балете, назвав «коровой на льду». — Она собирается переезжать в Краснодар, к парню своему поближе, уже и работу там нашла, так что не скоро теперь увидитесь.

— Постараюсь. — Но про себя решила, что не пойдет. Рита всегда была не только злоязыкой, но хвастливой, а сейчас у нее целых три повода для бахвальства: переезд, новая работа, парень, с которым все серьезно. — Мам, я давно спросить хотела, да забывала… Лана как поживает?

— Кто?

— Родственница наша из Бишкека. Шахматистка.

— Вот ты вспомнила! Она давным-давно перестала кому-то из нас писать. — В трубке что-то грохнуло. — Выронила телефон, — сообщила мама. — Неудобно разговаривать мне, в дороге трясет. А скоро связь пропадет. Пока, дочка.

И отключилась. Чересчур поспешно, как показалось Варе.

А поезд тем временем подкатил к платформе. Стоял он всего две минуты, и пассажиры торопились покинуть вагон. Мужчина с брехливой собачкой был в их числе.

С вокзала Варя решила отправиться к бабушке. Та точно находится дома, поскольку выходит в город только в сопровождении. Старенькая, но шебутная, она еще прошлым летом ходила на станцию, чтобы продавать соленья. Банки грузила в тележку и волокла ее, считая это зарядкой. В итоге упала, сломала шейку бедра и теперь только с ходунками передвигается. Но все равно рвется на волю, и дочки ее сопровождают, но Вариной мамы сейчас нет в городе, а ее сестра работает на пятидневке.

Бабуля всю жизнь прожила с родителями. И мужа в тот же дом привела, дочек в нем вырастила. Сейчас одна в нем осталась. Как ни уговаривали ее родственники переехать к кому-то из них, та ни в какую. Считала, что дом без хозяина нельзя оставлять. Тем более такой старый, как их, — под мансардным окном до сих пор сохранилась дата постройки «1908». Сама матриарх в нем выросла и еще несколько поколений семьи. Считай, фамильное гнездо, его беречь надо.