Книга Государыня Криворучка, страница 70 – Дарья Донцова

– Зачем? – удивилась я.

– Видишь ли, рожать не очень приятно, больно это, – усмехнулась Анна. – Сейчас делают эпидуральную анестезию. А в тот год, когда Валентина произвела на свет младенца, о таком не мечтали. Но «своим» доктора пытались облегчить муки. К руке женщины привязывали маску, к ней подключали баллон с закисью азота. Когда наступали схватки, роженица клала на лицо маску, делала пару вдохов, переставала испытывать неприятные ощущения, начинала засыпать. Верхняя конечность падала на кровать, будущая мать почти сразу просыпалась. Так до следующей схватки. И Валентине эта радость досталась. Она оказалась в отдельной палате, что удивительно. За комфорт в том роддоме следовало отдать конверт со значительной суммой. Но у Гончаровой денег совсем не было, очередным богатым покровителем она не обзавелась. По какой причине главврач решила позаботиться о нищей женщине? И есть еще одна странность, сейчас покажу вам фото.

На следующее утро мы собрались в полном составе в офисе.

– Интересные снимки, – оценил Костин, рассматривая добычу, которую я принесла.

– Первое фото нам уже знакомо, – отметил Чернов, – видели его в журнале. Второе тоже известно, на нем лицо не особо красивой тети, которая сделала тьму пластических операций, чтобы стать похожей на Гончарову. И на третьем снимке дама, которая пришла к нам с заявлением, что ее дочь убил Константин Стасов. Но мы уже знаем, что наша клиентка – это та не особо привлекательная особа, которая капитально подрихтовала лицо и прикидывается Гончаровой.

– И куда делась настоящая Валентина? – поинтересовался Макс.

– Вопрос дня, – ответил Костин. – Впрочем, он не один. С какой целью незнакомка начала жить по документам Гончаровой? Каким образом она их заполучила?

– Бедная Валя, – пожалела я актрису, – она пыталась выжить, наверное, хотела кого-то любить.

– И поэтому в кратчайший срок после похорон Рокова очутилась в постели Стасова? – заметил Володя. – Ну, знаешь ли, амуром в данном случае не пахнет. И с трудом верится, что она, прямо вся из себя наивная маргаритка, не сообщила сразу о своей беременности Сергею Константиновичу. Можешь сказать почему?

– Точно не знаю, может, не поняла сначала, что ждет ребенка? – растерялась я.

– Ответ на вопрос один: хитрая мамзель понимала, что любовник схватит ее за шкирку и потащит на аборт. Есть такие бабы, которые думают, что рождение младенца – билет в обеспеченную жизнь. Если вести себя умно, то, может, и получится. Но если действовать, как Валентина, останешься у пустого корыта. Паша, дом в Маякино жив? Или его уже нет?

– Стерт с лица земли вместе с деревней, – отрапортовал Чернов. – Но есть небольшая зацепка. Земля в Маякино потребовалась под строительство нового квартала. Всех жителей переселили в один дом, который возвели в Акулкино. Они живут в квартирах с первой по девятую включительно. Если подождете немного, найду список фамилий. О! Он уже тут, быстро получилось. Так, смотрим. Буханов Олег Ильич, Раиса Петровна, несовершеннолетний Петр… так, так… Гончаровой нет!

– А она была прописана в Маякино? – уточнил Макс.

– Нет, зарегистрирована до сих пор в Москве, в квартире родителей.

Воцарилось молчание, потом Чернов воскликнул:

– Ну, ей точно не везло по жизни! Сначала отец с матерью погибли, потом Роков умер, не успев жениться на ней. А Сергея Константиновича Стасова нельзя считать подарком судьбы. Женщина не одна себе ребенка сделала. Даже если ты ее никогда не любил, а просто использовал, как постельную принадлежность, ты несешь ответственность за дурочку. Девочка у нее родилась. Их с матерью выписали из роддома, вроде все нормально. Зачем Гончаровой убогая изба? У нее есть хоромы в центре столицы.