Книга Чудо-юдо на охоте, страница 58 – Дарья Донцова

– Почему? – осведомился Костин. – Они же братья.

– По крови – да! По жизни – нет, – объяснил Попов. – Борька очень обозлился, когда увидел Федю в бригаде. Прямо в лице переменился. Устроил мне скандал. А я сначала искренне не понимал, в чем дело, говорил: «Вы же братья, похожи, как близнецы. Можно классный номер сделать. Вот Кио^[8]выступает с двойняшками, публика не понимает, как женщина способна войти в телефонную кабину на манеже и в тот же миг оказаться в директорской ложе! Хватит вам отношения выяснять, давайте дружить, работать вместе! Забацаем номер с куклами, такой, какого еще не было». Так нет же! Никакого мира, одна война! На мои призывы оба плевать хотели! Ну и закончилось плохо! Прибежал ко мне Федор, трясется: «Борька умер! Помоги!» Я с ним помчался туда, где старший брат находился, понял, что вижу покойного. Вот это поворот! Нужна нам такая ботва! Гастрольный тур в разгаре! Обратился к Бунину. Он знаменитость крупная, помог сразу. Приехала «Скорая», тело увезли в местную больницу. Федька с телом уехал, а когда вернулся, огорошил сообщением: «Похоронили мертвеца под именем Федора. Я теперь Борис». Я вот ничего не понял. Какого черта он такое проделал? Бунин при беседе присутствовал, он-то вмиг сообразил: «У Борьки характер был дерьмо, но он кукловодом стал отличным. Ты тоже не Сахар Медович, но работаешь намного хуже. Решил захапать славу брата, на чужом горбу в рай въехать? И вопрос возникает: что случилось? С чего вдруг Борька умер, а? Вечером он здоровее быка был, а на следующий день упокоился?» Федя возмутился: «Намекаешь, что я родного брата жизни лишил?» – «Какие уж тут намеки? Ты его терпеть не мог, – усмехнулся Иван. – Прямо спрашиваю: ты Бориса чем угостил? Что ему в еду подсыпал?» Федор так побледнел, что сразу стало понятно – попал тенор в точку. Бунин продолжил: «Место ты правильное выбрал. Эксперт тут деревенский, сообщит про сердечный приступ – и делу конец. Я вот как решил: гастроли не прервем. Раз Бориса зарыли как Федора, то пусть младший паспортом и репутацией старшего пользуется. А за молчание станешь мне отчислять тридцать процентов с каждого своего заработка!»

Андрей замолчал. Костин уточнил:

– Федор согласился?

– Да, – тихо отозвался Попов. – Тяжелый для меня разговор получился. Я тогда, наверное, самым ярым фанатом Ивана был. Восхищался им безмерно, почитал, словно божество. Каждое утро просыпался с мыслью: «Счастье, что могу находиться рядом с таким Человеком!» С большой буквы! Бунин был талантлив, голос чарующий, интеллигент до мозга костей, вежливый со всеми. И вдруг такое предложение! Он никому не сообщит про убийство, про то, что Федор стал Борисом, но за молчание ему надо платить. Кумир упал с пьедестала. Но понимание, что Игорь – отличный певец, со мной осталось. Все остальное рассыпалось в прах. Я продолжил работать с тенором из чисто корыстных побуждений, получал хорошие деньги. До смерти Бунина всегда оставался рядом с ним. Знаю, что Федор под именем Бориса сделал прекрасную карьеру. Но мы больше не общались. Написал о Бунине книгу, это мои воспоминания. Правда, там многое подрихтовано. Кому нужна правда жизни?

Попов улыбнулся.

– Вот такая история! Много лет миновало. Доказать, что младший брат убил старшего, невозможно. Да и зачем прошлое ворошить?.. Больше сообщить нечего! До свидания, жду гонорар, который вы мне за откровенный рассказ сбросите на телефон.