Книга Чудо-юдо на охоте, страница 43 – Дарья Донцова

Размышляя на эту тему, я вошла в ванную и обмерла. Около рукомойника стоял… страус. Короткое время мы смотрели друг на друга, потом огромная птица расправила крылья и начала плясать.

Я медленно попятилась к двери, чуть приоткрыла ее, протиснулась сквозь щель в спальню, захлопнула ее, огляделась по сторонам. Взгляд упал на тяжелый комод. Сопя от напряжения, я сумела дотолкать его до входа в санузел, подпереть дверь и выдохнуть. Но в ту же секунду мне вспомнилась телепрограмма, в которой ведущий сообщил: «Ударом ноги нелетающая птица способна разрушить кирпичную стену». Что случится с дверью, если тот, кто сейчас выделывает па у рукомойника, стукнет по ней нижней конечностью?

Я схватила планшетник и решила перебраться в пустую гостевую комнату на первом этаже. Утром позвоню Костину, а сейчас лягу спать и раньше девяти из кровати не вылезу! Поиграть от души не удалось, веки сами собой сомкнулись.

– А ну, вставай! – заорал чей-то дискант.

Глаза открылись.

– Что здесь делаешь? – продолжал кричать не пойми кто. – Как сюда попала?

– Лампуша! – обрадовался другой человек. – Ой! А мы решили…

Мои глаза открылись.

– Привет, – смущенно произнесла Сюзанна, сжимая в руках скалку.

– Доброго утречка, – улыбнулась Роза Леопольдовна, держа сковородку. – Извините, разбудили.

– Это я виновата, – прошептала Сюзанна. – Услышала храп из гостевой. Но ведь у нас никто не ночует! Позвала Розочку, мы вооружились, решили глянуть, кто же в дом пролез!

– Ночью показалось, музыка заиграла, – добавила Краузе. – Но я решила, что приснилось. А потом Сюзи примчалась с воплем: «В доме чужой!»

– Не храплю, – возразила я, – сплю тихо.

– Порой случаются исключения, – возразила Сюзанна. – Вот я всегда спокойно ела творог. А недавно полакомилась, и прямо такая аллергия пошла!

– Храп не золотуха, – невесть зачем ввязалась я в ненужную беседу. – Легла в гостевой, потому что у меня в ванной стоит страус. Надо его оттуда прогнать!

– Кто? – заморгала Роза Леопольдовна.

– Птичка такая, большая, – объяснила я. – Дерется лучше боксера Валуева.

– Страус… – пробормотала Сюзанна. – И как он к нам попал?

– Не знаю, – призналась я. – Эти птицы не летают! Наверное, прибежал.

– Если имеют крылья, то непременно парят, – стояла на своем Архипова.

Спорить с Сюзанной бесполезно, она всегда уверена в своей правоте. Если гениальная повариха полагает, что Земля квадратная, то она квадратная. Максимум, с чем согласится Сюзи – это с прямоугольной формой планеты. А вот с круглой никогда. Аристотель с его трактатом «О небесах», Джордано Бруно, Пифагор, философ Парменид, Эратосфен и другие ученые ей не указ. Вот Роза Леопольдовна способна согласиться с чужим мнением. Правда, ей надо долго, подробно объяснять свою точку зрения. А еще Краузе готова искать пути к решению проблемы, если ей сообщат, что она не решаема.

– Давайте поднимемся к Лампе и поглядим, что творится в санузле? – предложила Краузе.

– Ладно, – неожиданно согласилась Сюзи. – Убедимся, что там никого нет, и успокоимся!

– Видела страуса, как тебя, – не дрогнула я.

– Конечно, конечно, – тоном медсестры из психоневрологического интерната, которой пациент с увлечением рассказывает, что жареные гвозди вкуснее с майонезом, чем без оного, отреагировала Краузе. – Не собираемся с вами спорить. Но мы не боимся птичку. Уведем ее из ванной, покормим. Правда, Сюзанна?