Книга 13 мертвецов, страница 110 – Майк Гелприн, Александр Матюхин, Алексей Шолохов, и др.

Факелы погасли. Окуренный зловонной мглой, Лост-Лимит напоминал пристанище демонов. Взломанные полы в хибарах были разграбленными могилами и склепами. Церковь – дьявольская трапезная – накрывала тенью двор и идущих к воротам людей. Бог отдал этот край тем старым существам, что охотились здесь до Него. Молитвы утонут в испарениях, в трясине Ада.

– Я успел продрогнуть. – Мерфи вышел из-за караульной будки. – Поговорим снаружи.

Нехорошее предчувствие обуяло Пирса. Пальцы мазнули по рукояти «Уинтивилл Уокера» сорок четвертого калибра. Мерфи отпер калитку и пропустил Малку вперед.

– После тебя, – сказал Пирс.

– Если настаиваешь.

Лес гомонил на своем наречии. Трещал, мычал, выл. Деревья сливались в сплошной частокол. Пирс отвлекся на хрустнувшую ветку, а когда обернулся…

– Какого черта, Абрахам?

– Тише. – Мерфи зажал предплечьем шею Малки, загородился девушкой, как щитом. Револьверный ствол высунулся из ее подмышки и следил за одураченным Пирсом. Малка испуганно моргала.

Пирс потянулся к кобуре, но холодная сталь ткнулась ему в позвоночник.

– Артиллерию на землю, – пропел Мердок.

«Болван!» – осадил себя Пирс. Мердок поторопил тычком винтовки. Ничего не оставалось, как швырнуть шестизарядник в траву. Мерфи пихнул индианку к Пирсу, не отводя дула, нагнулся и подобрал оружие. Его настороженный взгляд прочесал заросли. Мышцы напружинились.

– Прости, Гроб. Сегодня это должны были быть девчонка с ее папашей.

– Янастоял на твоей кандидатуре, – похвалился Мердок. – Отдай-ка нож.

– Пусть оставит, – смилостивился Мерфи. – Я не зверь. – Он отступил к распахнутым дверям в воротах. Посмотрел на Пирса с жалостью: – Заколи себя, чтобы не страдать.

– Что…

Мерфи исчез в проеме. За ним, пятясь, вошел Мердок. Усмехнулся мстительно. Калитка закрылась. Пирс недоуменно захлопал ресницами. Они их выгнали? Вытолкали за ворота? Но зачем?

– В кустах кто-то есть, – охнула Малка.

Лихорадочно соображая, Пирс вынул нож из сапога. Тьма пульсировала, слепляя в кучу лоснящиеся стволы. Нюх уловил вонь заиленных ям, плесневых саванов, скотобойни.

«Сегодня должны были быть девчонка с папашей».

«Какая разница, живой или мертвый».

– Справа! – вскрикнула Малка.

Во тьме определенно кто-то прятался. Наблюдал. Играл с добычей.

– Дыра под хибарой! – озарило Пирса. – Помнишь, где ты вылезла?

– Да. – Малка не всхлипывала и не визжала, что было бы нормальной реакцией для любой девушки.

– Лети со всех ног. Дождись, пока двор будет пуст, и отопри мне.

– Хорошо, – Малка кинулась вдоль куртины.

Пирс проводил ее взглядом, повернулся к лесу и остолбенел.

Оно стояло там, молочно-белое в свете луны. Не у кромки перешептывающихся сосен, а прямо перед Пирсом. Оно было высоким, не меньше семи футов, и изнуренно худым. Огр, живой скелет, как и сказал старик. Уродливая, ссутулившаяся нечисть, драпированная шкурой цвета рыбьего брюха. Сияние ночного светила образовывало богохульный нимб вокруг бугристой головы. Ветер шевелил редкие седые пряди, паутиной облепившие страшный череп. Парализованный Пирс видел во всех подробностях сохлую морду чудовища. Разодранные ноздри и огромные глаза, похожие на абсолютно черные зеркала.

Края прожорливой пасти поднимались не к спекшимся ушам, а к внутренним уголкам плотоядных глаз, отчего верхняя челюсть с недоразвитым носом казались каким-то откидывающимся клапаном. Длинные желтые клыки налезали друг на друга и торчали практически горизонтально: костяной клюв, а не рот.