Книга 13 мертвецов, страница 109 – Майк Гелприн, Александр Матюхин, Алексей Шолохов, и др.

– К черту! Я повешу суку на колоколе и не сниму, пока не почувствую стояк.

– Хватит, – окликнул Мерфи весело.

– Хватит, – продублировал Пирс.

– А какого хрена ты командуешь, Гроб? – Мердок проигнорировал ту же реплику от Мерфи. Дуло винтовки вдруг повернулось к мрачному Пирсу. – Вспомнил звездочку законника? Кто ты вообще такой?

– Это не по-мужски. – Эллисон перестал смеяться. – Хочешь сцепить рога – сцепи на равных.

– Запросто. – Мердок опустил ствол и оттолкнул Малку. Девушка вскочила, встряхнувшись, как кошка. Старик кинулся к ней.

– Хелл, – крякнул Мерфи.

– Все нормально, Эйб. Какая разница, живой или мертвый?

Мерфи промолчал.

Скорбящий ветер завывал за куртинами, но во дворе воцарилась тишина. Мердок буравил Пирса свирепым взглядом, желваки играли на его скулах. Пирс коснулся озябшими пальцами рукояти кольта. Он не сомневался, что убьет нетрезвого Мердока, но после откровений Дефта он не желал проливать кровь в стенах гнусной крепости.

Мердок облизал губы. Шестеренки скрежетали в его черепушке. Винтовка подрагивала.

«Не нужно этого», – мысленно сигнализировал Пирс, но сам был готов выхватить оружие.

Сигналы дошли до Мердока. Лицо его расслабилось, он хмыкнул.

– Мы здесь ради денег. Отложим ссоры на будущее.

Пирс кивнул.

– Мудрое решение, – сказал Эллисон. – Пойдемте, обмоем его.

За ужином Пирс то и дело ловил на себе прожигающий взор Мердока, но изображал беспечность. Ему было о чем подумать. Лепешка не лезла в горло. Перед глазами маячила рана под ключицей старика, ротик с языком и единственным зубом.

«В январе мы ели человечину ежедневно».

«Девенлоп благословлял пищу».

«Космос кричит».

Пирс помотал головой, словно отгоняя назойливую муху. Прежде чем они разошлись по комнатам, Мерфи отозвал Пирса к лестнице и прошептал:

– Есть дельце, Гроб. Я доверяю только тебе.

– Говори.

– Не здесь. Когда все уснут. В полночь у караулки. Да, захвати с собой девчонку.

– А ее-то зачем?

– Поймешь. – Мерфи стиснул предплечье Пирса и побрел к своей спальне. Пирс проводил его хмурым взглядом.

Без пятнадцати час, издерганный шепотом призраков в голове, он спустился на первый этаж и, не стучась, открыл дверь в конце коридора. Лунный свет пробивался сквозь мутные стекла, лакируя громоздкую мебель. Заслышав шаги, Малка резко села в кровати. Не нож ли сжимала она под одеялом?

– Это я, – шепнул Пирс. – Одевайся.

– В чем дело?

– Одевайся, Мерфи хочет поговорить с нами.

Не вдаваясь в подробности, Малка отбросила одеяло и поднялась. Она была полностью обнажена. Последнее, что ожидал увидеть Пирс в стенах Ада – нагую девушку. Лунное молоко оплескало небольшие холмики грудей с крупными, почти черными в полутьме сосками, бедра и густой треугольник волос меж ног. Ни унции жира на талии, на животе. Дыхание Пирса сбилось, пульс участился, но член не шелохнулся в штанах.

– Отвернись, – сказала Малка без тени смущения.

Пирс повиновался. Стоя к индианке спиной, он спросил:

– Мердок не врал?

– Ты про похотливого борова, который затащил меня в конюшню?

– Ты подмешиваешь нам что-то в чай?

– Я обязана была предостеречься. – Малка подошла к Пирсу уже одетая. Скользнула влажными глазами по его лицу. – Не бойся, через два-три дня действие трав закончится. Твой воин снова будет в строю.

– Я не боюсь, – улыбнулся Пирс, маскируя нахлынувшее волнение. Запах Малки взбудоражил его. Но морозный воздух остудил неуместный пыл.