Онлайн книга «Спойлер: умрут все»
|
— У меня двадцать две минуты. — Седой опять сморщился. — Успею. Иди домой, Никит. Всё будет хорошо. Я позабочусь. — Успеешь что? — Никитка погнался за продолжившим путь Седым. — Что «хорошо»?! Ты чего затеял? Ответ Седого он осознал не сразу — его сознание будто споткнулось. Седой сказал: — Я её убью. — Погоди! Стой! — Никитка попробовал поймать его за куртку, но та выскользнула из пальцев, оставив на кончиках жирную слизь. Подушечки пальцев защипало. — Так нельзя! Она же ничего не сделала! — Миллиарды погибнут. — Седой не оглядывался. — В ужасных мучениях. Нас осталось от силы сотня. И мы порой завидуем мёртвым. — Она… ребёнок! Это убийство! Ты же… ты ж её любил! — Такова цена. — Голос Седого сбился. — Знал бы ты, до чего мне больно. Как же больно! Никитка отстал. Сгорбленная спина Седого стремительно удалялась. Ещё немного — и скроется в толпе. Тогда, повинуясь неосознанному порыву, Никитка ткнул в сторону нескладной фигуры пальцем и заорал: — Педофил! В текущей по тротуару людской реке возникло смятение — словно в запруду угодила. Одна за другой поворачивались на крик встревоженные головы. — Он меня лапал! — махал рукой Никитка. — Держите педофила! Седой побежал и тем ухудшил ситуацию. Всеобщая растерянность спáла. Наперерез ему кинулся пузатый бородач в растянутой водолазке и штанах цвета хаки, сграбастал и сломал в объятиях, повалил и оседлал, умело выкручивая руку. Седой попытался брыкаться, но тотчас взвизгнул от боли — Пузан вывернул ему руку так, что Никитка услышал хруст. Река пешеходов забурлила, скручиваясь в водоворот вокруг сцепившихся. — Да, да-да! — пищала из толпы старуха в платке. — Шшупал он мальчонку, вот вам крест! Сама видела! — Полиция! — Росгвардия! — Ничо, пацан! Быстро набутылят изврата! — А может, это шпион?! — Да бомж какой-то… — Бандеровец! — Знаете, что с педами на зоне делают? О-о!.. Из кучи-малы раздался вопль Седого: — Пусти-и! Вы не понимаете! Вы все сдохните! Сдохните! Дюжина пальцев тыкала в экраны смартфонов — кто звонил копам, кто снимал видос для «Тик-тока». Таджик в короткой футболке драпал подальше от толпы через проезжую часть под клаксоны и визг тормозов. На подмогу Пузану явился, растолкав зевак, дядька с бритой башкой и взялся заламывать лежащему вторую руку. — Козлы! Что вы творите?! — надрывался Седой. — Не дрейфь, малой! — Бритый дядька подмигнул оторопевшему Никитке, который искал и не находил в сомкнувшихся рядах брешь для побега. — Едут менты, — сообщил приблатнённый голос. — Ща примут этого кадра — и в петушиный угол кукарекать. — А вонючий какой, матушки мои… — Довели страну… — Где твои родители?.. — Ты что наделал, дурак?! — Изжёванная физиономия Седого протиснулась из человечьей свалки. На его разбитом подбородке пенились розовые слюни. — Тебя скоро отбросит, — произнёс Никитка. — Назад в будущее. Как время выйдет. Ты только продержись. Седой не мог слышать его в гвалте — но понял. Прочёл по губам… или прочёл мысли. В конце концов, они были одним целым, пусть и разделённым двадцатью девятью годами. — Эта попытка последняя!.. — прохрипел он. Никиткины «спасители» сопели, потели, отплёвывались и сшибались лбами. Бритоголовый вдавил берец Седому в поясницу. Пузан применил удушающий. — Мне некуда будет… а-а!.. возвращаться! — Должен быть другой способ всё изменить! Должен быть шанс! Я придумаю! |