Книга Дурной глаз, страница 115 – Владимир Сулимов

У Чобита был нож-бабочка.

Размахивая им, точно пытаясь балансировать, он ухнул в заросли за сломанной оградой, прорывая колючий заслон из веток чёрного кустарника, а они расступились, сомкнулись за ним и замерли. Словно заросли проглотили человека.

Стоящие у окна переглянулись с одинаковым выражением лица: «Ты тоже видел это?».

– Что нам делать? – прочёл Денис по губам вопрос Самиры.

– Ждать, когда уйдёт, – прошептал он и, увидев, что такой ответ не пришёлся девушке по вкусу, пояснил: – Если мы пойдём к машине, пока он там бродит, мы можем с ним столкнуться.

Самира измотанно села на корточки и обхватила колени руками.

– Он же должен когда-то уйти, – заметил Денис.

Ждать им пришлось долго.

***

Чобит вернулся в десять минут четвёртого. Всё это время Денис провёл у окна, не отрывая взора от двора. Когда появился Чобит, Денис взмахом подозвал Самиру к себе. За время сидения на корточках у девушки затекли ноги, и она чуть не упала, пытаясь подняться. Он придержал её за плечо.

Чобит выглядел измождённым. Его мотало, как во время качки на корабле, и Денис предположил, что они могли бы легко убежать от него, если бы попались тому на глаза. Чобит спрятал нож, и было отчётливо видно, что его ладони выпачканы чем-то бурым и липким. Денис хотел бы думать, что это грязь, но непрошеное воспоминание, как чёрт из табакерки, ворвалось в его мысли: воспоминание о порезах, которые брат Самиры видел на руках Чобита.

«Он действительно режет себя, – подумал Денис. – Сумасшедший. Пустой. «Буш».

Они дружно задержали дыхание, когда Чобит прошёл под окнами. Его лоб был исцарапан, измазанную одежду покрывали колючки. Гроздь репьёв старческими бородавками повисла на капюшоне. Он не замешкался ни на миг и скрылся за воротами, а потом и из виду. Без единого звука, как персонаж из сна.

– Подождём ещё, – решил Денис. – Пусть уйдёт подальше.

Самира согласно кивнула, но задала тревожный вопрос:

– А если он заметит машину?

Денис изобразил неопределённую гримасу на лице:

– Мне кажется, он не отреагирует, даже если навалит в штаны.

– Я бы не стала проверять, – сказала она. Денис усмехнулся, и в этот миг в комнате раздалось скулящее завывание, от которого они оба подпрыгнули, чудом удержавшись от крика. Звук сопровождался низким жужжанием. Такие завывания сопровождают появление пришельцев в старых американских фильмах. Самира вонзила ногти в кожу себе под глазами. Денис хлопнул себя по бедру. Звук и жужжание раздавались из сумочки на его поясе. Чёртов мобильник.

Трясущимися руками он вытащил смартфон, дисплей которого переливался радиоактивным зелёным светом, и оборвал сигнал вызова, едва заметив, что звонок от Никиты. Затем отключил гаджет и сунул обратно в сумочку. Самира хватала ртом вонючий воздух, наполняющий дом. Денис разглядел, что изо рта у неё вырывается пар.

Он приник к щелям между досками заколоченного окна. Чобит не показывался. Это место высасывало самые громкие звуки, словно пылесос.

И всё же они не стали слепо полагаться на удачу, поэтому для верности выждали ещё минут десять, прежде, чем осмелились выйти из дома.

Снаружи заметно стемнело, и блеклый свет солнца создавал эффект светофильтра, как на обработанном в графическом редакторе снимке. Денис задумался над тем, как бы мог называться такой фильтр. «Похороны в ноябре» или «На дне трясины», но уж точно не «Винтаж» и не «Девичий сон», которым отдавали предпочтение знакомые ему фотомодели. Воздух сделался таким влажным, что им можно было утолить жажду. Они обошли вокруг дома. У калитки Денис остановился и, поколебавшись недолго, достал из сумочки ключи и документы от «Гранты».