Книга Дурной глаз, страница 113 – Владимир Сулимов

– В том-то и дело! – Самира всплеснула руками. – Этотне выглядит заброшенным!

Он не знал, что возразить и сказал единственное пришедшее на ум:

– И всё же, так оно и есть.

Словно наблюдая за собой со стороны, он поставил ногу на нижнюю ступеньку крыльца. Та отозвалась болотным хлюпаньем и просела, но выдержала. Денис запрокинул голову. Одноэтажный дом, устремлённый в насупленное небо, теперь казался ему высоченным, как готический собор. Денис поднялся на крыльцо и остановился перед дверью. Некогда она была выкрашена в зелёный цвет, но теперь краска отшелушилась и вылиняла до недужно-серого, её чешуйки напоминали перхоть.

– Денис! – позвала Самира. Кажется, она собиралась заплакать.

– Это просто развалина, – откликнулся он.

– Не ходи. Не надо.

– Там, за дверью, несколько пустых комнат. Абсолютнопустых, – подчеркнул Денис. – Я быстро осмотрю их, сделаю снимки, а затем мы свалим отсюда. Обещаю.

Денис взялся за ручку, сальную на ощупь, и потянул.

– Ты можешь подождать меня снаружи, – предложил он.

Самира, сопя, взлетела на крыльцо. Денис потянул сильнее. Дверь отворилась. Денис ожидал услышать скрип, но вместо этого тишина лишь плотнее окутала их, до лёгкого звона в ушах.

Стоя на пороге, он решил, что нашёл объяснение своей тревожности. Запах. Разумеется, Денис уловил его во дворе, но там запах был слишком слабым, чтобы зафиксироваться в сознании. Зато теперь его накрыло тёплой волной скисшего воздуха, как будто Денис опустил лицо в пакет с несвежей блевотиной.

За его плечом охнула от отвращения Самира.

Морщась, он распахнул дверь настежь. Мутный свет неохотно просочился в прихожую, облизывая сгнивший половик, усыпанный осколками зеркала. Справа громоздились очертания того, что когда-то было шкафом. Денис переступил через порог, ощущая, как пружинят под ногами трухлявые доски. Медленно двинулся по коридору.

Когда он добрался до входа в комнату, Самира последовала за ним, стараясь ни до чего не дотрагиваться.

Денис постоял в проёме, чтобы привыкнуть к царящей в комнате темноте. Самира держалась за его спиной так близко, что он чувствовал дыхание девушки на своей шее, слышал, как стучит её сердце. Ему даже показалось, что их сердца бьются синхронно. В другой ситуации он нашёл бы это романтичным.

– Здесь никого, – сказал Денис, наконец. – Ни бомжей, ни наркоманов.

– Никто сюда не заходит, – откликнулась Самира дрожащим голосом. – Нет таких сумасшедших.

«Кто-то же сорвал замок на входной двери», – подумал Денис, но озвучивать мысль не решился – неизвестно, как отреагирует на неё Самира.

– Прекрати, – вяло отмахнулся он.

Самира продолжала гнуть своё:

– Несколько соток в городской черте – и никто за столько лет не положил на них глаз. Всем известно, что это место ненормальное, и тебе тоже.

– Нет, – соврал Денис, опять начиная злиться на неё. – Это просто дом.

– А то, что семья Чобита умерла – совпадение, – воскликнула Самира с сарказмом.

– Именно. С девочками произошёл несчастный случай, а то, что мать вскрыла себе вены – вообще неудивительно. Просто дом, просто несчастный случай, а Мама Кира – просто толстая неприятная тётка.

– Ты её видел?

– Видел, – неохотно ответил Денис. – Ничего особенного.

Он вошёл в комнату. Следом проскользнула Самира. Здесь вонь усилилась, словно они очутились в желудке старика-великана. Чахоточный свет пробивался сквозь заколоченные окна, выхватывая грузные бесформенные формы, в которые превратилась мебель. Кое-где сохранились обои, они напоминали размазанный по стенам белесый кисель. Свалявшаяся паутина, похожая на седые клоки лобковых волос, собирала пыль по углам. Денис осторожно вышел на середину комнаты. Его движения казались замедленными и плавными, и Самира подумала о рыбах, проплывающих у поверхности озера в шлейфе частичек ила. Трепещущие росчерки света, которые обвивали тело Дениса, усиливали сходство.