Онлайн книга «Самая страшная книга 2026»
|
Однако азарт дал Халимбеку волшебный пендель, и он все же выложил новый пост, в самых общих чертах указав, откуда «родился» запечатленный на фото сихр. В конце концов, какая разница, откуда это все якобы появляется? И то и другое вряд ли возможно – тут хейтеры-биологи, увы, правы. А кто не догоняет, те поверят, даже если сфотографировать не гвозди, а кредитку или кипятильник. Пост, как и ожидалось, подорвал пуканы «биологов» и вызвал исступленный срач с фанатами Халимбека. Он подождал, пока публикация наберет несколько тысяч просмотров и комментариев, а потом тихо закрыл их и заблокировал всех баламутов, попутно записывая новые заказы и обдумывая, не разработать ли для лечения бесплодия отдельный продукт. Вечером, когда все дела были закончены, Халимбек улегся в постель с Рузилей. – Ну как твой пост? Набрал просмотры? – спросила жена, главный производитель «Сихробоя». – Еще как! Взлетел на десять тысяч. И заказов нормально, придется завтра еще тару заказать. У наших же это больная тема, надо ее побольше раскрутить. Он обхватил тонкий стан Рузили и легко притянул к себе. Под пальцами заскользила тонкая ткань ее ночнушки, нос защекотал запах какого-то крема. – Ты сама-то кушаешь «Сихробой»? – нарочито строго поинтересовался он. – Что там? Ты еще не беременна? Жена грустно улыбнулась его шутке, помотала головой и подвинулась поближе, чтобы мужу было удобнее. – Что, может, в тебе тоже какой сихр сидит? М-м? – проворковал Халимбек, поглаживая изящные округлости ее тела. Они были женаты всего год, и он, в отличие от некоторых земляков, никуда не торопился. Без детей даже удобнее было заниматься раскруткой бизнеса. – Ага, – отозвалась она с усмешкой, – иголки и гвозди? Я каждый раз пробу снимаю. Так что не мой случай. – Тогда опять попробуем по-старому… Ох… – Он резко вдохнул, когда Рузиля его приласкала. – Сейчас я забью в тебя пару гвоздей! Даже спустя год жена сводила Халимбека с ума не только своей красотой, но и понятливостью. Она полностью поддерживала все его идеи, относилась к его работе с юмором, считая, что тот, кому не хватило мозгов, не заслуживает жалости, если его обманули. И это остроумие заводило его не меньше прекрасно сложенного отзывчивого тела. Через несколько минут Халимбек уже был внутри. Рузиля тихо мурчала от удовольствия, называя его то перфоратором, то торпедой. С очередным толчком Халимбек накрыл губы жены очередным поцелуем и собрался выдвинуться на финишную прямую, но тут ее лицо вдруг скривилось, руки уперлись ему в грудь. – Подожди! Халим! Больно! – Что? Ее голос еле долетел до Халимбека сквозь плотную пелену блаженства, и он по инерции сделал еще несколько движений, но Рузиля уже сильнее пихнула его и вскрикнула: – Больно! Больно, остановись! Халимбек вынырнул из дурмана в реальность и с досадой уставился на жену: – Да что такое?! – Не знаю. Больно там!.. – простонала она. – Почему? Все же нормально было. – Не знаю. Она побитой собакой смотрела на него, и он не понимал: то ли жена жалеет, что его прервала, то ли боится, что муж продолжит. – Что, так прямо больно? – не сдавался Халимбек. – Потерпеть нельзя? Рузиля помотала головой. – Ну потерпи, да? – Он чувствовал, что возбуждение начинает спадать, и от этого еще больше раздражился. – Я почти все. Что там такого может быть? Не в самом же деле гвозди же я в тебя забиваю. |