Книга Самая страшная книга 2026, страница 120 – Индира Искендер, Дмитрий Лопухов, Алексей Гибер, и др.

В горле запершило.

Халимбек несколько раз кашлянул. Казалось, будто в глотке зашевелились маленькие червячки. Он отпил чая, проглотил ложку «Сихробоя», чтобы унять странное ощущение, и раскашлялся не на шутку. Шевеление стало более явным и как будто переползло выше. Халимбека передернуло.

– С тобой все нормально? – крикнула с кухни Рузиля.

Не получив ответа, она высунулась в дверь, но ее встревоженного взгляда Халимбек уже не увидел – зажмурившись, он пытался сглотнуть то, что упрямо лезло по трахее либо по пищеводу все выше. Маленькие червячки или чьи-то лапки явно собирались выбраться наружу через его рот.

– Ты подавился?

Глаза Халимбека заслезились от беспрестанного кашля, рот наполнился слюной. И дышать стало как-то совсем некомфортно. Он кивнул, вскочил с дивана и едва ли не бегом устремился в ванную.

– Сейчас налью воды, – раздалось у него за спиной.

«Что за ерунда? Может, и правда подавился?» – крутилось в голове Халимбека. То, что двигалось внутри его тела, не было похоже на крошки от печенья, но ничего другого просто в голову не приходило. Ему еще верилось, что он может умереть вот так, на ровном месте. Халимбек даже мысленно пошутил: как это по-идиотски – откинуться в самом начале расцвета своего бизнеса!

Добравшись до цели, он уже не мог сглатывать. Странная субстанция вцепилась в горло, как прилипшая жвачка, и перла вверх. На миг перестав давиться кашлем, Халимбек вдруг с ужасом ощутил, как по корню языка и впрямь будто пробежали чьи-то лапки. Он с трудом подавил рвотный рефлекс, оперся руками на раковину, согнулся и изо всех сил харкнул на белый фаянс.

Раковину оросили брызги слюны и влажные крошки печенья. Халимбека посетила новая мысль: либо у него глисты, которые теперь лезут через пищевод, – и эта мысль едва не отключила его сознание, либо это какой-то рак, и он скоро умрет – эту мысль он, на удивление, воспринял более спокойно.

Он побоялся лезть руками в рот и еще несколько раз отчаянно кашлянул и харкнул. Нечто окончательно перекочевало на корень языка, отчего Халимбек вздрогнул в рвотном позыве и исторг наружу остатки «Сихробоя» с чаем и печеньем.

Еще в раковину упал какой-то темный сгусток. Халимбек оказался не готов к такому зрелищу и мгновенно зажмурился. Это просто глюки от нехватки кислорода из-за кашля. Просто показалось. Показалось, словно из него вышло… что? Что-то черное с торчащими в разные стороны тонкими отростками? Ну конечно, глюки.

Кашель и рвотные позывы мгновенно прекратились, получилось сделать нормальный вдох. Приоткрыв один глаз, Халимбек удостоверился, что черноватая херня все еще лежит в раковине и – или ему кажется? – вроде как перебирает тонкими ножками, будто разжиревшая мухоловка в похмелье. Быстрая и болезненная, как укус осы, мысль, что ЭТО только что сидело в нем, заставила Халимбека пошатнуться. Он тяжело оперся на раковину, чувствуя, как мятно-холодно стало в голове. Снова закрыв глаза, он врубил воду на полную мощь и поводил рукой, стараясь смыть из жизни херню, которую только что исторг его организм.

– Халим! – постучала в закрытую дверь жена. – Как ты там?

Халимбек что-то промычал в ответ и еще немного постоял с закрытыми глазами, пока не прошла «мятная» голова, а ноги не утвердились на кафеле. Так, и что теперь делать? Если он откроет глаза, а херня все еще будет сидеть в раковине и дрыгаться, он, наверное, свихнется. По счастью, когда Халимбек в итоге напомнил себе, что он-же-мужик, и посмел приоткрыть один глаз, раковина была пуста.