Книга DARKER: Бесы и черти, страница 202 – Екатерина Белугина, Дмитрий Лазарев, Максим Кабир, и др.

– Ну что вот за поколение ваше такое… У вас проблемы, Александр? Вы же талантливый парень – это видно, когда вы работаете нормально. Что вы с собой делаете? Чем вы занимаетесь в нерабочее время?

– Я художник, – ухмыльнулся Рудин.

«Новый Гигер», – мысленно прибавил он со смесью гордости и самоиздевки. Ночью Рудин выложил в свои галереи в соцсетях и на нескольких сайтах, предварительно согласовав с заказчиком,образцы работ для инди-игры, и теперь смартфон в кармане толстовки разрывался от сообщений. В тишине директорского кабинета то и дело раздавалось настырное «джж-джж».

– И как, платят за художества?

– Платят. Наконец-то достаточно, чтобы уволиться.

– Вот все вы что-то рисуете, снимаете, пишете… – вздохнул директор. – Блоги эти ваши, тик-токи и прочее. Работать-то кто будет?

«А разве рисование – не работа?!» – злобно подумал Рудин. Изматывающе ныла спина, особенно между лопаток. И правая рука. Рудин то и дело выпрямлял ее в локте – так было легче. В мутно-зеленом, давно нечищеном аквариуме позади директора плавали человеческие органы: печень, желудок. Рудин моргнул, и видение пропало. В аквариуме деловито сновали гуппи (щипали печень, желудок). Рудин зажмурился, открыл глаза.

– Искусственный интеллект будет работать.

– Так, ладно, – снова вздохнул директор. – Я вам оформлю отпуск на две недели. Сходите к врачу… или к другому специалисту. Если после отпуска продолжите тут чудить – точно уволю. Договорились?

Рудин молча закивал, стараясь не смотреть на стену за аквариумом, по которой ползали черные многоножки.

«Мне нужна помощь», – обреченно думал он, выходя из директорского кабинета. «Мне нужна помощь», – повторял про себя, глядя в окно автобуса, на котором островки изморози как никогда напоминали плесень, а антенны радиоцентра в вечерней тьме, полупрозрачной, словно черный хрусталь, уходили на километры вверх, в стратосферу и наверняка выше, в открытый космос, сияя мириадами кровавых огней, и вокруг них парили полупрозрачные темные существа, огромные, будто киты. Рудин с силой потер лицо: давно стемнело, а радиоантенн почти не было видно за снегопадом. Смартфон по-прежнему, не смолкая, жужжал в кармане, принимая новые сообщения.

Дома Рудин прежде всего записался онлайн на завтрашний прием к психотерапевту (записываться сразу к психиатру оказалось страшновато – даже несмотря на всю чертовщину, что так и ломилась в его измученное нехваткой сна сознание). Включать компьютер не стал. Не стал и проверять оповещения на смартфоне – хотя усилие воли на то потребовалось запредельное, подобное физическому поднятию огромной тяжести. Поужинал, выпил снотворное. Но перед сном все-таки не удержался, просмотрел сообщения.

За какие-то сутки его ник и ссылки на его галереи разлетелисьпо всем художественным сообществам. Его ругали, им восхищались. Ярлык «нового Гигера» уже въелся в его творческий псевдоним, как татуировка в кожу. Пользователь NoNo писал, что готов купить любой его свободный арт, за любую цену, для оформления еще каких-то своих книг (Рудину даже думать было тошно, что там за книги). Какой-то псих, пожелавший остаться неизвестным, задонатил такую сумму, что Рудин даже и не знал, радоваться или пугаться.

Сменить ник, подумалось ему. Удалить галереи, паблик, страницы в соцсетях. Поменять адрес электронной почты. И начать все заново. С эльфиек. А еще – почистить смартфон и облачные хранилища от треклятых скринов. И обязательно высыпаться. И не читать больше объявления на столбах. Никогда.