Книга Больше чем любовь, страница 7 – Ирина Аллегрова

Не хватало только освещения. Луна скрылась за деревьями, и все вокруг окутала беспросветная мгла.

— О, уже скоро! — Милка все-таки пролила спиртное на рукав своей норковой шубки и теперь пыталась слизать коричневые капельки с благородного меха. — Ух и нажремся! Вот увидишь, жалеть не придется!

Оптимистичному прогнозу Милки Лена особо не обрадовалась. Ей не терпелось узнать, когда же автобус отправится в обратный путь. Хорошо бы поскорей, пока Вилен не заволновался, пока не переполошилась свекровь. Вот если бы позвонить домой, предупредить родных.

— А там телефон есть? — спросила она у подруги.

— Там, — Милка многозначительно вознесла указательный палец к небесам, будто имела в виду загробную жизнь. — Там все есть... И телефон, и телефакс с телетайпом. Не вру, сама убедишься.

И вот в прямоугольнике лобового стекла где-то вдали, показалась крошечная светлая точка. По мере приближения точка разрасталась в размерах, оказавшись в конце концов двухэтажным особняком, опоясанным внушительного вида оградой. Такие строения Лена видела только на страницах заграничных журналов да по телеку, в "Санта-Барбаре" и "Дикой Розе".

На лужайке, около сверкающего лазурью громадного бассейна, выстроился духовой оркестр. Всамделишный оркестр, с трубами, валторнами, кларнетами и другими приспособлениями для дудения. Музыканты, облаченные в искрившиеся блестками мундиры, наяривали какой-то бравурный марш. Лене показалось, что звучало некое попурри из "Прощания славянки", "По долинам и по взгорьям...", "Дан приказ ему на запад..." и "Пусть всегда будет солнце!". Судя по всему, оркестр был в высшей степени профессиональным, подобрались настоящие виртуозы,а не какие-нибудь замшелые лабухи или абитуриенты музыкальных училищ.

Лена даже приоткрыла рот от удивления.

Очень уж странное для подмосковной дачной местности зрелище открылось ее взору.

"Что за штука такая? — внутренне улыбаясь, подумала Малахова. — Маскарад? Неужели здесь назначен сбор ветеранов по случаю грядущего Дня победы?"

Автобус мягко тормознул и остановился, как бы нехотя, со змеиным шипением открылась дверь.

— Гляди, как нас встречают! — горделиво произнесла Милка.

— А зачем? — задав этот вопрос, Лена сразу поняла, что на него никто не ответит. Пассажирки с гомоном и хихиканьем потянулись к выходу, толкаясь и весело отпихивая друг друга. Милка была в первых рядах, будто забыла про свою подругу, лишив ее покровительства и поддержки.

— А вам нужно отдельное приглашение, мадам? — Виктор дыхнул на Лену легким перегаром. — Прошу, сегодня я буду вашим кавалером, — и он галантно подставил ей локоть.

Приглашение "кавалера" Лена приняла, оправила белый халатик, вылезавший из-под пальтишка, прихватила медицинский саквояж и через несколько мгновений оказалась на улице. И еще больше почувствовала, что все происходящее вокруг — какая-то грандиозная фантасмагория.

Оркестр вдруг начал притоптывать на месте, а затем, чеканя шаг и не переставая играть, прошествовал по лужайке, обогнул бассейн и скрылся за особняком. Через минуту он вновь появился, уже с другой стороны двухэтажного дома, остановился у крыльца с высокими белыми колоннами, выстроился в шеренгу. Музыка стихла. Воцарилась атмосфера непонятной торжественности, предвкушения чего-то таинственного и волнующего. Так обычно бывает в цирке, когда объявлен "смертельный" номер, и зрители в предвкушении замирают.