Книга Пончиковый легион, страница 63 – Джо Р. Лансдейл

– «Вынюхивать», думаю, будет в самый раз. Ковбой считает, что это надо прекратить.

– А как насчет мистера Бэкона? – спросил Феликс. – Разве не он там главный?

Гоу-Гоу пропустил вопрос мимо ушей.

– Ковбой не рассказывает мне, что и как там у него в бизнесе. Он раздает поручения. Я предпочитаю действовать тактично. В деловой манере. Без мокроты, если вы понимаете, о чем я. Феликс, вы – Чарли и ваши подруги – вы должны… как это лучше выразить? Убраться нахрен подальше от дел Ковбоя.

– Ты, я смотрю, уже сам себе не хозяин, Гоу-Гоу, – сказал Феликс. – Печальное зрелище.

– Я сам по себе и получаю свои бабки за ту работу, за которую я взялся. Я там типа новичок. А вот Болт – он давно работает с Ковбоем. Он думает почти как Ковбой и считает, что мы должны с этим разобраться. В смысле, умерить ваш пыл. Верно, Болт?

Болт даже не пошевелился. И слова не обронил. И ритм дыхания его не изменился.

Гоу-Гоу опрокинул чашку в рот, допив последние капли. Обвел взглядом аудиторию.

– Мне придется сказать это и, поверьте, повторять совсем не хочется. Возможно, в следующий раз времени на болтовню уже не будет. Вы должны забыть обо всем, что связано с Народом летающих тарелок. Ковбой – он же безбашенный, как наэлектризованная белка. Он и эта его макака… шимпанзе. Кто в своем уме станет держать при себе зверя, способного буквально оторвать вам руки? Да еще на собачьей цепи. Дурной человек – вот кто он, Ковбой. И наверняка трахается со своей обезьяной.

– Был такой слушок, – решился вставить слово я.

Гоу-Гоу кивнул мне:

– Что же касается этого культа летающих тарелок… «Пришельцы идут! Пришельцы идут!» Ни хрена никто не идет. Но тут вопросы бизнеса.

– Пончиковые? – полюбопытствовал я.

– И они, и еще много чего. Вы проиграли, ребята. Вот в чем суть. У них власть и деньги, и они психи. Я все сказал. Пожалуйста, прими к сведению, Феликс. И ты, Чарли, тоже.

– Прежде чем мы все начнем дрожать от страха, – сказал я, – можно вопрос?

– Почему нет?

– Знаете ли вы женщину по имени Мэг или ее мужа, Итана?

– Слышал их имена. Но это и все.

Гоу-Гоу наклонился, поставил чашку на пол рядом с креслом, встал, достал из кармана темные очки и нацепил на нос. Затем кивнул Черри и Скрэппи.

– А ты ниже ростом, чем кажется на первый взгляд, – заметила Скрэппи.

– Мне хватает, – ответил он.

Болт мягкими шагами пересек комнату, поставил чашку на каминную полку и взял в руки кочергу.

Я заметил, как рука Феликса скользнула под пиджак. Я взглянул на Гоу-Гоу. Он наблюдал за Болтом.

Сумоист выдохнул, взял кочергу в обе руки и прижал ее к середине груди. Затем принял стойку всадника, глубоко вздохнул. Его грудь тяжело вздымалась под черной рубашкой. Легко, словно резиновый шланг, он начал загибать кочергу вокруг грудной клетки.

Когда кочерга обрела форму буквы U, он бросил ее на пол, оглядел всех нас одного за другим, а затем легко, как балерина, снова пересек комнату.

Феликс сделал несколько шагов, поднял кочергу и ухмыльнулся Болту:

– Хорошо позавтракал, а, Болт?

Феликс прижал нижнюю часть U-образной железяки к груди и потянул ее концы, выпрямляя. Было слышно, как Феликс кряхтит, а металл напрягается. Пиджак Феликса лопнул по швам на плечах. Брат медленно разогнул кочергу. Следы перегибов остались, но теперь она была достаточно прямой. Брат положил кочергу у камина – осторожно, словно змею, которую не хотел будить. Мне показалось, что выражение физиономии Болта слегка изменилось, как у мотоциклиста, проглотившего жучка.