Книга Пончиковый легион, страница 118 – Джо Р. Лансдейл

– Черт! – вырвалось у него.

Я потянул ручку пассажирской двери. Она тоже оказалась не заперта. Я посветил в салон миниатюрной ручкой-фонариком. За рулем, неподвижный как мертвец, поскольку именно так оно и было на самом деле, сидел шеф. Руки его лежали на коленях. Из ноздрей торчал кислородный штуцер, но свисающая трубка ни к чему не крепилась. Глотка его была перерезана, и больничный халат багровел уже запекшейся кровью.

На пассажирском сиденье рядом с шефом, положив ему голову на бедро и устремив взгляд на крышу внедорожника, лежала Лилиан. Она не просто прилегла задремать. Все сиденье заливала кровь, и у Лилиан была та же самая, как некоторые это называют, «алая улыбка» – перерезанное от уха до уха горло.

На скорой в Тайлер они не доехали. Кто-то предал их. Какой-нибудь «тарелочный» придурок, подумал я, работавший в больнице. Кто-то, кому Лилиан могла, но не должна была доверять. Кто бы это ни был, он доставил обоих прямо в руки безумцев, которым к этому времени уже было все равно, что творить, лишь бы их не остановили. Скорее всего, кто-то из тех, кто носит оранжевые куртки. Тех, кем заменили Менеджеров, остывающих в морозилке, или валяющихся где-нибудь в канаве, или гниющих в лесу на радость стервятникам, пожирающим их плоть.

Несколько секунд я смотрел на тела шефа и Лилиан. Потом глубоко вздохнул. Проклятье. Они оба мне нравились. Они мечтали быть вместе, а их просто убили. Я надеялся, что шеф так и не очнулся от обезболивающего коктейля и не понял, что ему перерезают горло. Хотя все произошло здесь – кровь была свежей. Но кто знает… Кто, черт возьми, знает? Но Лилиан, несчастная Лилиан, она-то была в сознании. Скорее всего. Мы посадили ее в ту скорую, а внутри оказались сектанты, которые привезли обоих сюда.

Ошеломленный, я прокручивал все это в голове, думая о том, что, возможно, позволить Ковбою взорвать здесь все к черту вместе с этими тупоголовыми – не такая плохая идея. Дарвинизм в действии. Услуга планете. Может, нам бросить все и вернуться домой?

Но как мне потом жить с этим? Спокойно смотреть на себя в зеркало, сбривая в раковину рыжеватую щетину со своей невинной физиономии?

Тень в форме большого пня пала на меня, бесшумная, как туман на воде. Я не успел понять, как пень оказался среди деревьев и так быстро выбрался из них, чтобы вмиг очутиться рядом со мной. Пень ткнул чем-то мне в голову. Я скосил левый глаз настолько, чтобы увидеть, чем в меня ткнули. Длинноствольное оружие. Дробовик, если точнее.

– Ковбой хочет вас видеть, – проговорил пень.

Пень оказался Болтом. Голос у него был высокий и сладенький, точно у Минни-Маус во время секса с Микки. Или с Гуфи – если та была распутницей. Неудивительно, что Болт предпочитал помалкивать.

Феликс переместился так, чтобы видеть нас через капот.

– А ты шустрый, Болт, – сказал он. – Где Гоу-Гоу?

– Ковбой хотел сделать тебе приятный сюрприз, – ответил Болт. – Вытаскивай эту дохлятину и садись за руль. Я сяду с твоим братишкой на заднем сиденье. Там крови поменьше.

– Думал, ты немой, – сказал Феликс.

– Я говорю, когда у меня есть что сказать.

– В смысле, пищишь, когда есть о чем пищать, – ответил Феликс. – Никогда не думал проверить связки? Мне кажется, их не помешает смазать. Или, может, найдешь взрослого мужчину, вставишь его себе в задницу и попросишь говорить за себя.