Книга Проклятие Алевтины, страница 19 – Елена Милая

— Нет! Не начнется, если найдешь салфетки! Мой психолог говорит, что нужно соблюдать определенный алгоритм. Сначала вдох-выдох, затем спокойно считаю до десяти, пью водичку и…

— А салфетки тогда зачем⁈

Да чтоб тебя! Надо отдать ему должное, едва заметив, как начали увлажняться мои глаза, Алекс молча прижал мою головку к своей широкой теплой груди и аккуратно погладил, окончательно сбив шапку на лоб.

— Ш-ш-ш… отвезу тебя домой и забудем.

— Ну-ну, сначала вызовем полицию.

— Глупости, они сами разберутся. Никто никого не убил.

— Ага, только малость побил

— Аля, — тяжело вздохнул Алекс, осторожно отстраняя меня от своей груди и участливо заглядывая в глаза. — Какого хрена ты забыла в этом богом забытом месте?

— Тебя искала, — шмыгнула я носом. Мне не очень хотелось отстраняться. На груди у Алекса былотепло и надежно. Хотя и пах он какими-то химикатами, а его руки были перемазаны машинным маслом.

— Ну вот, нашла. Тогда чего тебе еще надо?

— Твой друг — маньяк. Ты в курсе вообще?

— Который из них?

Я бы испугалась вопроса, но уголок рта Алекса дернулся в едва сдерживаемой усмешке.

Издевается! И как не стыдно⁈

— Я видела, что он творит! Ты не понимаешь, с кем имеешь дело! Он зло во плоти!

— Уверен, ты преувеличиваешь, — не поверил мне парень, — Ящер, конечно, хам еще тот, но маньяк — это слишком. Но это действительно взрослые разборки, и девочкам там не место. Никогда больше не ищи меня там. Сейчас я увезу тебя домой, ляжешь баиньки и забудешь происходящее, как страшный сон.

Он окончательно избавил меня от объятий и снова завел мотор.

— Ну-ну, разве что ты владеешь заклинанием забвения.

— Аля…

— Молчу. Но с домом осечка вышла, извини.

— Какая?

И снова этот вечно равнодушный тон! А у самого желваки так и ходят.

— Общежитие закрывается через двадцать минут. Мы не успеем.

— Твою… Серьезно⁈ О времена, о нравы!

Мысленно попрощавшись с повышенной стипендией, я со вздохом признала очевидное:

— Ладно, вези меня уже в гостиницу. Наверняка по дороге что-нибудь будет. И телефон верни, не буду я никому звонить.

Мой голубоглазый водитель только хмыкнул, но телефон не отдал. Зараза!

— Проходи уже, я живу один.

В гостиницу он меня не отвез. Уж не знаю, из-за каких благородных (или не очень) побуждений, но мой будущий (и нынешний) спаситель милостиво предложил переночевать у него. Ну или ему показалось, что предложил, а на деле он попросту не дал мне шанса сбежать: хватка у парня оказалась сильной, не вырвешься. И сейчас, когда я замерла на пороге его квартиры без средства связи и без оружия, стало вдруг страшно. Сразу же вспомнились все предупреждения Дениса Михайловича и непонятные намеки спортсмена Андрея. Затем перед глазами встала сцена в гараже. Происходящее для меня было ново, я никогда не ночевала у парней, не болталась поздними вечерами в малоизвестных районах и с семи лет не сталкивалась с людьми, о которых ровным счетом ничего не знала. Стоящий рядом молодой человек был для меня неразрешимой загадкой. Он манил и пугал одновременно. Учится на психолога, живет один, красивый, умный, адекватный, но дружит с такими людьми, как некий Ящер, о котором мне предстояло еще многое разузнать и на которого я все-таки собиралась навести Дениса Михайловича. Уж больно не понравилось мне увиденное, да и девочка, которую он бил, показалась смутно знакомой.