Онлайн книга «Шпилька. Дело Апреля»
|
Маргарита оторопело посмотрела на Софью. – Зачем? С какой целью? – она едва шевелила губами. – Я ни коем разом не мешала Сухорукову в отношениях с моим отцом. Мы никак не пересекались. – Дальние планы на наследство, – ответила Софья, глядя прямо в глаза собеседнице. – Какое наследство? – Маргарита недоумённо покачала головой. – Каким боком здесь Сухоруков? Софья развела руками, как будто ответ был очевиден. – Ну как же, каким боком? Опять всё тем же – самым тесным. Сухоруков – муж Тамарочкиной племянницы. То есть Любовь Андреевна – прямая родственница по линии жены вашего отца и, следовательно, потенциальная наследница. Софья наблюдала, как понимание медленно проступает на лице собеседницы. – То есть меня в учёт можно было уже и не брать? – Её глаза сверкнули, и она повысила голос почти до вскрика. – Меня?! Дочь той самой Тамарочки и дорогого моего папочки‑праведника?! Софья мысленно одобрила эту внезапную вспышку гнева – значит душа живая, хотя и раненая. Слегка прищурившись, она отчётливо произнесла каждое слово: – А вас он просто запланировал сгноить в тюрьме… Сухоруков Алексей Петрович. Лицо Маргариты вдруг побледнело почти до синевы. Софья шагнула ближе. Не только к Маргарите, но и к цели беседы. Она не смягчила удара, а наоборот, методично доносила до несчастной женщины всю нелепость её жертвенности… и кого ради? – Третью судимость с подкинутыми вещами тоже устроил он. Помните, приезжал к вам с Любочкой благотворительность проявить? Глаза Маргариты расширились. – Разведал обстановку, обследовал балконы, – продолжала Софья. – Балкон над вашей дворницкой не был застеклён. Ночью забрался по нему, вскрыл дверь, подхватил первые попавшиеся вещи, спустился с балкона и подбросил вещдок в дворницкую. Взглянув на Маргариту, Софья продолжила: – Ваши гости к тому времени уже ушли, оставив дверь открытой. Кстати, и бутылку водки для этих нежданных визитёров мог купить Сухоруков… Ну, чтобы нагрянули к вам на распитие. А полиция заподозрила бы их в случае, если вы настойчиво пойдёте в отказ. Но вы опять смиренно сдались… Маргарита, хватит быть жертвой! Очнитесь уже! Маргарита замерла как статуя. Ветер растрепал пучок её волос, но она, казалось, ничего не замечала вокруг. И вдруг она вскинула голову, в глазах полыхнула ярость. – За что?! – вскрикнула она, сжимая кулаки. – Хороший вопрос, Риточка, – Софья грустно улыбнулась. – История ещё сложнее, чем вам сейчас открылась. И дело не только в наследстве. Я скоро докопаюсь до всей сути. Она взяла Маргариту за плечи, успокаивающе заглянула в лицо. – Хотя окончательную точку в этой цепочке поставлю не я, – голос Софьи звучал убедительно. – Дайте мне сутки на решение сложного кроссворда: кое‑что пока не сходится. Она сжала плечо Маргариты ещё крепче. – Скажите, вы знаете, что ваша дочь жива? Маргарита вздрогнула. – Да. Знаю. Отец давно признался – малютку удочерили из роддома. Признался, чтобы не то успокоить меня, не то укорить… мол, жизнь у девочки сложилась лучше, чем могла бы быть со мной, такой непутёвой… – И вы пытались её найти? Маргарита вздохнула. – Пыталась. Но никаких сведений роддом не выдал. В том числе не выдал и отец. Софья понимающе кивнула. – С Сухорыковым… я вижу, что вы потрясены. Но сейчас ничего не предпринимайте сами, не звоните Любочке. Иначе всё испортите. Просто наберитесь терпения. У вас будет возможность посмотреть ему в глаза, дайте время. |