Онлайн книга «Шпилька. Дело Апреля»
|
Прошлое уже не изменить. Но можно, наконец, услышать правду, которая, возможно, поможет обеим идти дальше. Одной – в поисках истины и справедливости, другой – в поисках прощения. Точка возврата Софья и Маргарита не спеша шли по тропинке лесопарка. Вокруг царила весенняя тишина, нарушаемая лишь редкими криками птиц. Софья исподтишка бросала внимательные взгляды на свою спутницу. Бледное лицо, уставшие глаза, напряжённая походка – всё выдавало в Маргарите человека, несущего тяжёлый груз прошлого. Наконец, Софья нарушила затянувшееся молчание: – Маргарита, признаюсь, разыскивала я вас не по просьбе вашего отца, а по своей инициативе. А он, наоборот, скрыл, что изредка видится с вами. Вы же приезжали к нему недавно в Энск на его машине? Маргарита вздрогнула. Взгляд беглый, недоверчивый. – И зачем я вам понадобилась в таком случае? Софья потёрла висок, подбирая слова. – Изначально я заинтересовалась вами из‑за Зотова. По просьбе его жены. Затем из‑за… – Софья внезапно замолчала, осознав, что сходство со Светланой должно пока оставаться тайной для Маргариты – не имела она права рассказывать про удочерение. Маргарита наблюдала за замешательством детектива. – Затем… из‑за вашего отца. Мы подружились. Он рассказал часть вашей истории, – она мягко коснулась руки Маргариты. – Поверьте, он любит вас и переживает, хотя, возможно, и не показывает своих чувств. Маргарита горько усмехнулась, её глаза наполнились невыплаканными слезами. – Он всегда был скуп на проявление эмоций, – она отвернулась, всматриваясь вдаль. – Мне не удалось познать ни материнской, ни отцовской любви. Мамы у меня не было, а отец вечно занят собою и своим талантом. Я не вписываюсь в его жизнь… Она пнула камешек на дорожке. – Раздражала я его даже в те редкие часы, когда он иногда навещал нас. Наверное, считал, что это я виновата в смерти Тамарочки, которую он так беззаветно любил. Пауза. Маргарита нервно провела рукой по лицу. – Наверное, я была толчком для воспоминаний. Как сейчас говорят – триггером… Да, он возил подарки, пакеты, забитые одеждой и вкусной едой. Бабушка и дедушка боготворили своего сына. Конечно, им было чем гордиться… Она остановилась, сорвала лист придорожной травы. – А я… меня воспитывали затворницей: ни шага со двора, никаких подружек, сиди дома, читай книжки и играй на рояле. – В голосе Маргариты промелькнула застарелая обида. – Конечно, я сопротивлялась как могла. Ворота всегда на замке. Но я приноровилась перелезать через высокий забор и убегала в лес. Нек детям. Они меня сторонились. А на природу – на волю… – А соседи говорят, что старики вас баловали, – заполнила паузу Софья. Маргарита нервно рассмеялась, комкая в пальцах травинку. – Баловали? – она покачала головой. – Ну, может быть, дорогая одежда на мне, водитель, возивший в школу, и казались им баловством… – Маргарита выбросила изломанный лист. – Держали меня в строгости. А уж когда я поступила в университет, вот тогда и глотнула вкус свободы… – Что вы имеете в виду под свободой? – Софья внимательно наблюдала за меняющимся выражением лица собеседницы. – Клубы, алкоголь, курево? – Нет, нет, что вы?! – Маргарита замахала руками. – Это появилось позже. Ходила по театрам, музеям, даже метро мне казалось подземным царством: разъезжала от станции до станции, меняла линии и просто наблюдала за людьми… |