Книга Убийства на радио, страница 47 – Марина Серова

В ответе Виктории Кречетовой я уловила чувство вины и решила ее успокоить.

— Вы сделали все, что могли. Лиза доверяла вам, она, можно сказать, была вашей подругой, и возраст здесь не главное. Вы как могли поддерживали ее в трудное время. Но теперь необходимо выяснить, кто была эта высокая, стройная девушка на скутере в ботильонах на каблуках и в куртке с капюшоном. И она ли приходила к Лизе в тот день.

Сестры кивнули.

— Значит, вы видели эту девушку, новую подругу Лизы, только со спины и в низко надвинутом капюшоне? — уточнила я.

— Да, — ответила Валерия Николаевна.

— Ох, Татьяна Александровна, может быть, вы ее отговорите… — внезапно воскликнула Виктория Николаевна. — Она уверена, что нужно идти на опознание. А вдруг убийца нас запомнит? Узнает? И расправится с нами, как с бедной Лизой? — всплеснула руками женщина.

— Вика, ну угомонись, — тихонько вздохнула Валерия Николаевна. А я настороженно спросила:

— Вы о чем?

— Сегодня, несколько часов назад, нам звонили из полиции. Ну я не поверила, что они из полиции, посмотрела по справочнику номер управления, перезвонила — и правда тамошний следователь, — эмоционально рассказывала Виктория. — Сказали, что на послезавтра назначено опознание. И нам следует подъехать в управление к одиннадцати утра.

— Мы все равно вряд ли ту девушку сможем узнать, — добавила Валерия Николаевна. — Она ведь не поворачивалась к нам лицом. А если бы даже и повернулась, то мы бы все равно его не увидели. Она же все время была в капюшоне, который закрывал лицо, — объяснила Виктория Николаевна. — И говорю же, мы ее не узнаем, а она-то нас увидит! И убьет, — почти шепотом добавила она. — Чтобы мы больше никому и ничего не рассказывали…

— Вика! — в очередной раз возмутилась ее сестра.

— Я поняла, что свое лицо подруга Елизаветы скрывала. Но речь идет не о том, чтобы опознать по лицу, — сказала я. Сама же порадовалась, что вовремя узнала о готовящемся опознании. Кононов, хитрый жук, ни слова о нем не сказал.

— Как это? Ведь опознание именно так и проводят, разве нет? — удивилась Валерия Николаевна.

— Можно ограничиться только ростом, комплекцией, ну и фигурой в целом. Такой вид опознания тоже проводят, когда отсутствует возможность сличить лица. Смотрите, перед вами будут стоять, скажем, три девушки, у которых будет похожа и фигура, и рост. То есть они будут выше среднего роста, стройные, даже худощавые. Ведь так выглядела та девушка, которая приходила к вашей соседке? — спросила я.

— Да, так, — ответила Валерия Николаевна.

— Ну вот. А для большего сходства на девушках будут надеты ботильоны и куртка с капюшоном того же самого цвета, — добавила я.

— Вы мне вот что скажите, Татьяна Александровна. Если та девушка, ну подруга Лизы, выходила от нее незадолго до того, как Лизу убили, значит, она является подозреваемой? — Валерия Николаевна вопросительно посмотрела на меня.

— Скорее всего, так оно и есть, — ответила я.

— Ну… нет! Вы знаете, я, наверное, не смогу участвовать в этом опознании, — решительно заявила Валерия Николаевна. А я поняла, что моя задача — уговорить сестриц. Нет, отказаться от опознания они не могут. Полиция вправе потребовать от них присутствия. Но если женщины будут так напуганы, они просто ничего толкового не скажут. Либо правда никого не узнают, либо промолчат об этом.