Книга Игрушка с изъяном. Суши, лорды, два стола, страница 61 – Анна Лерн

— Держи. И сдачу оставь себе.

Он забрал корзину у растерянной подругии так же неторопливо пошёл прочь.

Как только фигура Адриана скрылась из виду, тишина на рынке взорвалась звуками. Словно прорвало плотину. Со всех сторон ко мне ринулись люди.

— Девушка, а у вас такое же?

— Можно мне что-нибудь?

— Продай и мне, красавица, пока всё не разобрали!

Я едва успевала принимать деньги и отдавать еду. Моя корзина, которая ещё минуту назад казалась безнадёжно полной, пустела на глазах. Люди хватали корокке, карааге, кацу, будто боялись, что им не достанется. Видимо, по их мнению, раз сам Малыш купил, да ещё и целую корзину, значит, еда действительно стоящая.

Когда последний корокке исчез в руках какого-то шустрого торговца, я смогла, наконец, выдохнуть. Ну и денёк! Не успели толком начать торговать, а уже такие приключения! И всё благодаря Бронькиному «раю для языка»! Кажется, мы сегодня не только заработали, но и стали местной легендой…

Воодушевлённые первым днём торговли, мы с Бронькой весь вечер решали, что приготовить на завтра. Сошлись на том, что пока ничего менять не станем, лишь увеличим объёмы. Хотя я немного тревожилась. Возможно, наша еда не всем пришлась по вкусу. Тогда мы рискуем зря потратить продукты. Но, как говорится: “Кто не рискует, тот не пьёт шампанского”.

А вообще, без дополнительного оборудования терялся весь смысл японской кухни для нашего лотка. Завтра же я осмотрю соседние точки более внимательно и подумаю, как можно устроить рядом печь. Поинтересуюсь, где торговцы рыбой берут лёд. Нам бы он тоже пригодился. Госпожа Доротея пообещала, что пойдёт на рынок вместе с нами. У неё имелась какая-то задумка, но делиться ею хозяйка не спешила.

На улице сыпал небольшой дождь, уютно барабанил по крыше, и я засмотрелась на серебристые струйки, бегущие по тёмному окну. Стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Не знаю почему, но он мне показался необычным. Короткий, властный, почти требовательный. По позвоночнику пробежали колючие мурашки.

Буквально через несколько минут дверь в наши комнаты открылась, и мы увидели напряжённое лицо госпожи Доротеи.

— К вам гости.

Гости? К нам? Кто?

Старушка отошла в сторону, и у меня всё похолодело внутри. Глава Тайного департамента. В том же безукоризненном тёмном костюме, с той же непроницаемой маской на лице. Вот только его глаза необычного холодного нефритового оттенка, казалось, могли прожечь насквозь. От одного вида Феликса Демора всё внутри сжималось в тугой комок.

— Добрый вечер, — его голос, ровный и лишенный интонаций, наполнил тишину комнаты напряжением. Взгляд мужчины скользнул по Броне и остановился на мне, долго изучающее рассматривая. — Я должен удостовериться, что с вами всё в порядке. Что вы ничего не нарушаете.

И что мы, по его мнению, могли нарушить? Закрыли Доротею в подвале и торгуем её древностями? Или устроили в антикварной лавке клуб с жигало для состоятельных дам?

— Спасибо за заботу, ваша светлость, — Броня настороженно наблюдала, как глава Тайного департамента ходит по кухне, рассматривая каждый уголок. — Мы ничего не нарушаем. И даже взяли разрешение на торговлю едой на рынке.

— Наслышан. Ваша предприимчивость заслуживает внимания. Похвальное стремление влиться в жизньобщества Велуара, — мужчина медленно кивнул, и в его нефритовых глазах мелькнул какой-то странный огонек. Он снова посмотрел на меня. — Антония, мне нужно задать вам несколько вопросов. Наедине. Бронислава, — Демор даже не посмотрел на неё, — будь добра, оставь нас.