Книга Запрет на любовь, страница 74 – Екатерина Ромеро

– Зачем тебе это? Какой твой интерес?

– Личный.

Сглатываю, чувствую себя пацаном рядом с Крутым. Ладно, к черту уже все. У меня реально одна попытка, и дальше он слушать просто не станет.

– Скажи мне, Вова, кто владелец этого заведения?

– Король.

– Петя Король?

– Да. Я хотел бы спокойно забрать девушку. Без лишних движений. Она у них до сих пор.

– Ладно, я понял. Фари, зайди ко мне.

Они здесь все свои, и я плохо их знаю, вот только никто, кроме Крутого и его людей, мне не поможет. Я хочу договориться по-хорошему, потому что не хочу сделать хуже. Оля там, и у меня вообще уже нет каких гарантий, что та сука Анфиса не придумает снова отдать ее какому-то буйному клиенту или насильнику. А допустить то, чтобы Оле снова сделали больно из-за меня, я просто не могу.

Возвращаюсь домой весь на нервах, звонит Самбо, но я отбиваю. Нет сил на его доводы рассудка, потому что, кажется, здравый смысл меня давно оставил.

Я вообще не надеялся, что Крутой меня выслушает, а теперь есть шанс. Да, мизерный, но все же и мне везет.

Его права рука Фари звонит поздно вечером и подтверждает, что Крутой занялся этим вопросом. Да, конечно, у него свой интерес, но это шанс, ниточка, и я просто не могу его упустить, потому что, если что-то пойдет не так, живой я Олю больше просто не увижу.

“– Занятно… Даже не знал, что ты такой собственник! Что, дырка медом намазана или такая тугая? А, кисуль? Как там у тебя между ножек?

– Иди к себе, игрушка, – чеканит Рахманов, бросая стальной взгляд на меня, а я даже не сразу улавливаю смысл его слов от волнения. – Я сказал, иди к себе, СУКА! – вскрикивает, и я аж подпрыгиваю.

Сукой назвал. Впервые.

Больно, хотя на что обижаться? На правду разве обижаются? Он мой хозяин, я его сука. Так у нас ведь? Так… Конечно, так.

Ответа на “суку” у меня нет, потому я просто разворачиваюсь и бегу в свою комнату, где сразу же плюхаюсь на пол в углу у тумбочки.

Сука – конечно, это не новость для меня, однако Владлен никогда не называл меня так, да еще и при всех.Обхватываю себя руками, вытираю слезы, которые то и дело текут из глаз.

Игрушка. Вот кто я для него. Это всегда будет так, хоть бейся головой о стену, ничего не поменяется, а ведь он мог меня сегодня отдать тому Риччи на потеху, и я не знаю, почему Владлен не позволил ему сделать это со мной”.

Игрушка олигарха

Я знаю, что такое мужская сила, похоть и разврат, но мне всегда казалось, что это со мной снова никогда не случится. Я ошиблась, и кошмар произошел снова.

Когда я оказалась наедине с Токаревым, то почувствовала себя мышкой, запертой в клетке с быком. И если в случае с Риччи и его дружком мне четко было понятно, чего они хотят, то этот Токарев наводил на меня просто тихий ужас.

Я помню, как подбежала к двери и начала колотить по ней со всей дури. Я звала на помощь так громко, что у меня першило в горле, и хуже всего то, что я слышала за дверью шаги. Уверена, это была Анфиса или кто-то из девочек, но ни одна душа мне не помогла. Они либо боялись вмешиваться, либо им просто было плевать на меня, и я склоняюсь ко второму предположению.

Не надо было мне подниматься сюда за Надей, не надо было мне верить Анфисе, потому что она врет. Всегда, даже смотря в глаза и улыбаясь. Врет так искусно, что ты никогда в жизни не подкопаешься и не поймешь, что у нее два лица. Одно внешнее – для всех как маска, нарисованное яркими красками, а второе, черное и злобное, – это ее настоящее лицо.Здесь каждый сам за себя и выживает как может. Это место похоже на какой-то квест. Ты либо проходишь его и поднимаешься на какой-то другойуровень, либо умираешь. И похоже, я не прошла ни одного уровня, потому что эти змеи все же спелись против меня, и я ничего не могу с этим поделать.