Книга Скрипачка и вор, страница 98 – Анастейша Ли

— Что-то ты долго, плакал в углу от ее отказал выйти за тебя? — пытался подколоть его я в ответ.

— Ты что делаешь? Уходи Ми-ил! — пробормотала Аделин, пытавшись втиснуться между мной и Назаром.

— Слушай, какого черта ты вообще пришёл? Всё и так было прекрасно без тебя! — выпалил Назар, толкнув меня в плечо, не обращая внимания на Аделин, которая пыталась нас разнять.

Я почувствовал, как внутри закипает злость. Слегка отодвинув Аделин в сторону, я не раздумывая ударил Назара по лицу. Моя реакция была мгновенной: она вызвала у Аделин испуганный вскрик, а Назар, согнувшись от удара, схватился за разбитую губу, на которой уже проступала кровь.

Но он не собирался сдаваться. Придя в себя, Назар бросился на меня, пытаясь повалить на пол. Я успел увернуться, но понимал, что это только начало. В воздухе витала напряжённая атмосфера, и я знал, что нам нужно было решить этот конфликт, прежде чем он выйдет из-под контроля.

Аделин, стоя в стороне, пыталась нас остановить, но её голос терялся в гуле наших эмоций. Я не мог позволить себе отвлекаться на неё, хотя понимал, что она была не просто зрителем. Она была связующим звеном между нами, и её присутствие добавляло ещё больше напряжения в эту ситуацию. Я знал, что она не одобряет насилие, но в этот момент мне было всё равно. Я был охвачен яростью и желанием доказать, на сколько она мне важна.

Назар снова бросился на меня, и я успел увернуться, но его кулак всё же задел меня по плечу. Боль пронзила меня, но я не собирался сдаваться. Я собрал все свои силы и, сделав шаг вперёд, ударил его снова, на этот раз в лицо. Удар оказался сильнее предыдущего, и Назар снова согнулся, но на этот раз его глаза не просто полыхали ненавистью — вних читалась растерянность.

Всё происходило словно в тумане. Драка, кровь, яростное желание доказать что-то кому-то — всё это двигалось на автомате. Аделин отчаянно пыталась меня оттащить, кричала что-то, но я её не слышал. В какой-то момент, сквозь пелену злости, мой взгляд упал на пол. Среди разбросанных, растоптанных роз, лежала Аделин. Без сознания.

Этот образ словно окатил меня ледяной водой. Всё замерло. Ярость схлынула, оставив лишь пустоту и ужас. Я остановился, тяжело дыша, и увидел, как Назар, с окровавленным лицом, смотрит на меня с таким же удивлением и испугом.

— Аделин? — выдавил я, но собственный голос прозвучал неестественно громко в наступившей тишине. Вокруг все замерло, и только сердце стучало в груди, как будто пытаясь вырваться наружу.

— Звони в скорую! — крикнул я Назару, бросившись к ней на пол. Я не мог отвести взгляд от Аделин, лежащей на полу, словно марионетка, у которой обрезали нити.

Всё происходило словно в замедленной съемке, каждое движение казалось наигранным, неестественным. Я наклонился над ней, пытаясь уловить хоть какой-то признак жизни, но её глаза были закрыты, а дыхание — едва слышным.

Вокруг нас царила тишина, которая давила на уши. Будто это всего лишь продолжение какой-то жуткой театральной постановки, где я — невольный актер, а Аделин — трагическая героиня. Занавес. Я чувствовал, как мир вокруг меня распадается на куски, и в этот момент всё, что имело значение, сосредоточилось в одном: спасти её любой ценой.

Аделин. Месяц назад.

Я чиркаю спичку, чтобы прикурить себе сигарету. Вокруг все гудит, как-будто находишься в каком-то электричеком пространстве. Губы потрескались из-за того, что мало пью, мало ем. Стала заменять сигаретами воздух и еду, лишь губы, искусанные до крови, напоминают мне, что я все еще жива, что все еще существую на этой планете.