Книга Не приближайся!, страница 98 – Лилия Левицкая

— Похрен на твою школу, — огрызнулся Даниил, голос был хриплым и злым. — На все похрен.

Марина тихо сказала Матвею:

— Он не появляется в школе давно. Только гуляет где-то, пьянствует.

Было видно, что Даниил топит свою боль в тусовках. Боль от того, что я с Матвеем. Он страдал и злился. И всю свою злость вымещал на Матвее.

Я подошла ближе:

— Даня, — тихо позвала я.

Он посмотрел на меня. В его пьяных глазах мелькнуло что-то, но он тут же отвернулся.

Матвей тяжело вздохнул. Его лицо было уставшим, но решительным. Он снова протянул руку к Даниилу:

— Даня, это ни к чему не приведет. Ты же видишь. Перестань.

— Не трогай меня, — сказал Даниил, но уже без прежней силы. Он был вымотан.

Но Матвей не отступил. Он просто стоял рядом, протягивая руку с упрямым, спокойным выражением лица. В его глазах не было злости. Он ждал.

Даниил сидел на земле, шатаясь, кровь все еще текла из его носа. Он посмотрел на Матвея, на его протянутую руку. Посмотрел на Марину, которая плакала. Посмотрел на меня.

Он глубоко, с трудом, вздохнул.

Опустил голову. Потом, медленно, поднял дрожащую руку и… взял руку Матвея.

— Устал… — тихо прошептал он, и это прозвучало как полная сдача.

Матвей сразу же, аккуратно, помог ему подняться. Даниил шатался, но больше не сопротивлялся. Он позволил Матвею и Марине поддержать себя.

Мы с трудом довели его до машины Матвея. Усадили на заднее сиденье между нами. Он сразу же обмяк, тяжело дыша. Марина села рядом.

Мы поехали домой. В машине было тихо, только слышно тяжелое дыхание Даниила и тихая музыка. Я сидела рядом с Матвеем, держа его за руку. Я надеялась, что они они помирятся. Первый шаг сделан.

Шум голосов, шелест красивых платьев, вспышки фотокамер — всё это сливалось в один большой, радостный гул, который словно кричал: "Всё! Школа кончилась!" Мы с Матвеем сидели совсем рядом, наши руки почти касались, и я чувствовала его спокойствие, его такую надёжность. У меня в горле комок стоял от волнения, но когда он смотрел на меня, такой гордый, я сразу успокаивалась.

И тут моё имя объявили, так громко и чётко! Я встала, чувствуя на себе десятки взглядов. Красный аттестат — это же все мои бессонные ночи, все мои старания, все мои маленькие победы! Я спускалась по ступенькам к сцене, а от аплодисментов я вообще ничего не слышала, кроме них самих. И в тот момент я увидела его — Матвей! Он смотрел на меня, и его улыбка была такой светлой, он гордился мной.

Официальная часть закончилась, и зал просто взорвался! Началась вечеринка. Лейла тут же схватила меня, и мы закружились в танце, забыв про всё на свете.

И вот зазвучала медленная мелодия. Я увидела, как Матвей направляется ко мне. Его рука легла на мою талию, моя — на его шею. Мы двигались в такт музыке, наши тела были так близко, что я чувствовала тепло его кожи даже сквозь ткань платья. Я положила голову ему на плечо, вдыхая его знакомый, успокаивающий аромат.

Его губы коснулись моего уха, и я вздрогнула от легкого электрического разряда. — Давай сбежим, — прошептал он, и в его голосе была какая-то дерзкая, волнующая нотка. Я отстранилась ровно настолько, чтобы посмотреть в его глаза. В них сиял азарт, вызов, обещание. Улыбка сама собой тронула мои губы. — Да, — прошептала я в ответ.

Мы выскользнули незаметно. Ночной воздух был теплым и свежим после духоты зала.