Книга Хозяйка проклятой башни, или Цветочек для дракона, страница 9 – Дара Хаард, Лана Шеган

— Убить? — спросила я, побледнев, все же жить я хотела. И вранье, что Амарин виновата в смерти дракона, он сам свалился на дом, развалив его и убив родителей Амарин. Это мне Лиса рассказала.

— Амарин, — Твикс понял, что падать на колени и молить, чтобы он на мне женился, я не собираюсь, и с тревогой посмотрел на свою мамашу, которая пучила глаза и недовольно поджимала губы.

С одной стороны, она, наверно, была рада, что я отказалась. Какая-то оборванка недостойна ее сыночки-присыночки, с другой стороны, ее задело, что какая-то нищенка отказывается от такого сокровища. Поэтому на ее лице я видела весь спектр переживаний за свое чадо, которое уже собиралось само передо мной на коленки падать.

— Смерть — это слишком простой выход, — драконица закипала, судя по чешуйкам, она огненная, зря, конечно, на распределение взрывоопасных ставят. А может, их так наказывают… — Вы можете отправиться в Пустоши, Амарин Тейва!

Вокруг наступила тишина, мамаша Твикса перестала пыхтеть, Твикс замер несуразным крючком, сутуля плечи, а я удивлённо посмотрела на драконицу, пышущую жаром.

— Что-то я не вижу здесь бланка с выбором пустоши, — сказала я. Потом постаралась вспомнить, что такое пустошь и чего все так замолчали.

— Амарин, — выдавил из себя Твикс, — не делай этого, я все прощу, просто скажи мне «да»!

— Где мой бланк с пустошью? — Я опять пристала к драконице, а когда надо, я могла быть невыносимо упрямой.

— Что тут происходит, Нариша? — Услышала я густой баритон, от которого мне захотелось растечься лужицей. Никогда не думала, что мужской голос так может влиять на тело. Мы все удивлённо воззрились на двух мужчин, которые как-тотихо подобрались к столу.

Да, это же драконы, сразу поняла я. Вон черноволосый, который чуть ребенка не раздавил, и зеленый, который хитро всех рассматривал.

— Господин, — драконица подскочила и поклонилась. — Идёт распределение.

— Я вижу, но почему моя фаворитка еще не в карете, которая едет в мой дом?

— Господин, — драконица покраснела. — Распределение должно быть проведено по правилам, вы сами нас учили.

— Нариша, почему моя фаворитка еще тут? — Голос дракона еще больше понизил градус, обдавая неприятной стужей.

Зато до меня вдруг дошло, про кого он говорит! Это же он про меня говорит! Еще так, словно меня тут нет, словно я предмет неразумный, который нужно просто перевезти. Словно я уже согласилась греть ему постель и лизать пятки.

Никогда еще я не чувствовала себя так… так нехорошо. Сразу забыла и об инстинкте самосохранения, и о своем слове не грубить драконам, и вообще обо всем забыла.

— А мысль, что кто-то не захочет быть вашей фавориткой, в вашу деревянную головушку не приходила?

Опять тишина. Наверно, я тоже удивилась, если бы тля, которую я с цветка вытравливаю, вдруг стала протестовать и говорить о свободе выбора. Тем более, слово «деревянный» тут имело значение «тупой» и, в основном, относилось к древням. Эта раса была очень медлительной, из-за чего казалось, что они не очень умные, но, я вам скажу, мозгов у них побольше, чем у драконов.

Черноволосый повернулся ко мне, его брови приподнялись, я почувствовала, как по спине потек пот. Могут драконы давить ментально, так что хочется упасть и тут же просить прощение.

Мы в учебке проходили, что у драконовской аристократии есть аура, и эта аура так может давить, что тело само на коленки падает. И, судя по всему, дракон передо мной не простой… А и пофиг!