Книга Хозяйка проклятой башни, или Цветочек для дракона, страница 6 – Дара Хаард, Лана Шеган

Мужчины у дриад — бессильки, без магии значит, а у женщин магия, поэтому у нас… да, теперь уже у нас — лёгкий матриархат. То есть, женщины командуют.

— Хорошо, хоть семейных не разделяют, — мрачно сказала Лиса, посматривая на ещё одну очередь, в которой были семьи.

Дети, уставшие от многочасового стояния на солнцепеке, плакали. Те, кто постарше, гурьбой носились между ожидающими. Да, семейные пары драконы не разделяли, даже дали возможность забрать свои вещи, так что на огромной площади творилось настоящее светопреставление: кибитки, телеги, летающие феечки, пищащие на все лады дети.

Все куда-то спешат, кричат, и только наша очередь в стороне тихо петляет по краю. Вчерашние защитницы, словно изгои.

Я тоже стала наблюдать за ребятишками — поняла, что боль, та боль, которую я каждый раз испытывала, когда смотрела на детей, словно притупилась, и не такая острая.

Нет, нельзя думать о прошлом, иначе опять расклеюсь. Нужно радоваться тому, что есть. А есть немало — целая жизнь впереди. А если учитывать, что живут нимфы до трёхсот лет, а то и больше, то не одна человеческая жизнь впереди ждёт.

В стороне приземлились два дракона. Огромные ящеры — чёрный и зелёный. Когда я впервые увидела драконов, думала, описаюсь от страха, серьёзно. Такие чудища, что мороз по коже. И хорошо, что они разумные и имеют вторую — человеческую — ипостась, а то всех бы сожрали,чешуйчатые кошмарики.

Мало того, что магические существа, так и силы огромной — тело дракона размером с хороший такой современный автобус будет.

Я встрепенулась. Драконы топтались на месте, о чём-то перерыкиваясь, и не торопились перекидываться в людей. Но не это меня толкнуло.

В сторону драконов бежала мелкая девочка. Волосы развевались на ветру, она смеялась, вокруг её тела кружила магия дриад — блёстки, мелкие бабочки, цветочки, красиво. Но из-за магии девочка не видит, что впереди опасность. Её догоняет мальчишка. Девочка вперёд не смотрит — только на мальчишку - и смеётся.

Даже когда мальчик остановился и предупредительно что-то прокричал девочке, она не остановилась — собственный смех заглушал другие звуки.

А я метнулась вперёд. Откуда только силы взялись — за какие-то секунды преодолела пару десятков метров, и когда лапа дракона уже должна была наступить на ребёнка, прикрыла её своим телом, выставляя руку вперёд.

Я даже сама не поняла, как так получилось. Видимо, рефлексы у этого тела неплохие, а мой разум заточен детей оберегать. Я испугалась за девочку, не за себя, хотя после мгновенного перемещения тело налилось слабостью, а в ушах стучало, словно где-то рядом молотобоец бьёт по заготовке.

Секунда — и ничего не происходит… Девочка начинает вырываться, я медленно открываю глаза и встречаюсь взглядом с огромными, синими бездонными озёрами, в которых плещется удивление.

Дракон замер, поднятая лапа так и висит над моей головой. Несмотря на габариты, дракон очень гибок: изогнувшись, он смотрит на меня, раздувая узкие изящные ноздри.

Я ещё не видела их так близко. Жаром от него веет и калёным железом — непередаваемый запах из далёкого детства, когда мы, малые, в кузню к прадеду бегали.

— Глаза пошире раскрой, — рявкнула я испуганно ему прямо в вынюхивающую морду, — тут дети бегают, нечего такими махинами топтаться.