Книга Шпионский маршрут, страница 62 – Александр Тамоников

Еще будучи в Кратове, Шадрин связался с отделом контрразведки и с очень недовольным видом вернулся к машине.

Когда они приехали в город, их уже встречал Костиков. Он заметно прихрамывал, стараясь не отстать от Фроловой, которая, едва завидев въезжающий во двор грузовик, поспешила к своей «эмке».

— Дайте мне кого-нибудь из ваших сотрудников, — попросила Фролова. — На осмотр места.

— Ватагин, с капитаном, — распорядился Шадрин и, заметив хромающего Костикова, добавил: — И аккуратно там, и так половина оперсостава выбыла.

Николай соскочил с борта, поздоровался с Костиковым и сел в машину к Фроловой.

— Добрый день, — поздоровался Николай. — Кого едем брать?

— Едем опознавать труп капитана Серпик, — сердито сообщила Фролова.

— Как труп? — удивился Ватагин. — Вот черт. А у нас как раз все на ней и сошлось. Подрезов на нее указал и… Ну как же так?

— А вот так, лейтенант, — ответила Фролова. — Пока мы вылавливали пособников, они убрали Серпик.

— Убрали? — усомнился Ватагин. — А по нашему мнению, это ей впору всех убирать.

— Значит, мы кого-то упускаем, — ответила Фролова. — Что у вас? Шадрин как-то скомканно доложил о произошедших событиях.

— Задержали подмененного Подрезова, — начал рассказывать Ватагин. — Уничтожили группу прикрытия. Факт подмены «Подрезов» подтвердил, по крайней мере в отношении себя самого. И тоже указал на женщину в штабе, имеющую доступ к документам.

— У них что-то изъяли?

— Они вывозили из Мари ящик с большим количеством бланков, печатей, штампов. Мы все привезли. Но я лично не рассматривал.

— Десять дней назад подорвалась на мине и сгорела автомашина, приданная комендатуре, — стала припоминать Фролова. — По донесению, в машине находилась часть имущества, относящегося к канцелярии, которой руководила Серпик. Она писала рапорт, указывала список сгоревших важных и подотчетных документов. Надо сверить с описью… Приехали.

Машина остановилась посреди улицы, и Ватагин сразу ощутил запах гари. У пепелища еще стоял старенький пожарный насос, и пожарный в брезентовой робе поливал тлеющие головешки.

— Вчера вечером Серпик ушла со службы раньше, — сказала Фролова, окидывая взглядом пепелище. — Квартирная хозяйка подтвердила, что она вернулась раньше обычного. Соседка из дома напротив тоже подтвердила.

— А ночью произошел пожар, — заключил Ватагин. — И что по этому поводу говорит квартирная хозяйка?

— Хозяйка ночует на соседней улице, в доме у своей сестры, — пояснила Фролова. — Серпик сняла дом с условием проживать отдельно. Хозяйка согласилась. И только изредка наведывалась домой по хозяйственным делам.

— Явно поджог, товарищ капитан, — сказал подошедший к ним старшина пожарной команды. И, виновато пожав плечами, добавил: — Сил и средств у нас не хватает, и от депо далеко. Пока приехали, все уже полыхало.

— Так почему думаете, что это поджог? — заинтересовался Ватагин.

— Дом старый и большой, — стал пояснять пожарный. — Хозяйка говорит, пять комнат и кухня. Начнись пожар где-то в одной комнате, ему понадобилось бы время, чтобы расползтись по дому, а там двери, перегородки.

— Через крышу, — предположила Фролова.

— Тогда еще сложнее, когда огонь через крышу выйдет, ему вниз тоже нужно время спуститься. Хоть углы бы остались. Точно поджог, товарищ капитан. Занялось сразу по всему дому. Мы когда приехали, полыхало и внутри, и снаружи, а крыша еще стояла, а она железом крытая.