Книга Шпионский маршрут, страница 16 – Александр Тамоников

— А с убитыми что? — спросил Ватагин. — В смысле, нам их забрать или пусть пришлют кого-то.

— У нас не так много тех, кто подпадает под категорию «кто-то», — ответил капитан. — Так что, Коля, все сами. Сами взяли, сами погрузим, сами отправим в морг, пусть там их осмотрят, сфотографируют, отпечатки пальцев снимут, все как положено. Вот сейчас машина придет, с ней и вернетесь.

Когда Ватагин и Костиков вошли в дом, Грач сидел на краю заваленного бумагами стола и пил чай из алюминиевой кружки. Вид у него был, как у человека, перед которым поставили вагон с углем и дали чайную ложку, с помощью которой нужно его разгрузить. На лице старшего лейтенанта Грача отражалась борьба добровольной инициативы с неизбежной обреченностью. Круглые очки, которые он обычно прятал, сейчас громоздились на его лоснящемся лбу.

Папки с документами лежали повсюду — на столе, на лавке, на полу. Было видно, что Грач уже начал группировать архив по определенному принципу, и теперь предстояло эту работу улучшить и форсировать.

— Вы ко мне в подкрепление? — обрадовался Грач, отставляя в сторону кружку.

— Коля, а у тебя еще патроны остались? — обратился Костиков к Ватагину.

— Есть, — кивнул Ватагин. — А тебе зачем?

— Может, сходим в лес и еще кого-нибудь поймаем? — склонив голову, шутливо и наивно предложил Костиков. — Вот попомни мои слова. В этих завалах мы с тобой заработаем только вот такие очки, как у Грача.

Сказав это, Костиков начал поворачиваться кругом, увлекая Ватагина за собой, потянув за рукав.

— Антоша, — обратился к нему Грач. — Мы же с тобой второй год вместе воюем. И ты знаешь, что мне вредно отказывать…

Костиков продолжил поворачиваться, но явно заинтересовался.

— А я вам предлагаю уху на ужин, — сообщил Грач, кивнув так, чтобы очки свалились на кончик носа.

— А где ты ее возьмешь? — недоверчиво поинтересовался Костиков, но видя, как загадочно улыбается Грач, развернулся обратно. — Вот когда у тебя очки на носу, ты внушаешь мне больше доверия. Появляется в тебе какая-то неуловимая, я бы даже сказал, неестественная мудрость.

Пока шла эта шутливая перепалка, Ватагин подошел к столу и взял ближайшую папку.

— Ты немецкого случайно не знаешь? — обратился к нему Грач.

— Нет, — признался Николай. — Не освоил.

— А мы тут понемногу осваиваем, — сказал Грач. — Пока научились читать печатный шрифт. Понемногу отличаем пехоту от саперов, а гауптманов от ефрейторов. И пока знаний хватает.

— Так что делать? — спросил Костиков, пододвигая стул и садясь, расстегивая ворот.

— Все свалено в одну кучу, — стал пояснять Грач, указывая на стопки папок на столе. — Я пока разделил контингент на несколько групп. В этой стопке откровенная сволочь — лица, служившие полицаями. Вот тут лица, сотрудничавшие с оккупационной администрацией, набранные из местных, в основном работавшие на железной дороге. Но не только. Здесь те, кто работал при немцах. Ну там лавочки начал держать и тому подобное, Нэпманы, можно сказать.

— Тоже из местных? — уточнил Костиков.

— По-разному, возможно, есть и пришлые из других мест. Сам понимаешь, надо вчитываться. — ответил Грач и опять вернулся к стопкам папок. — А тут те, про кого пока не могу понять — без переводчика не разберешься.

— И мы всех будем отрабатывать? — спросил Ватагин.