Книга Заложники пустыни, страница 88 – Сергей Иванович Зверев

— Верблюда отпустим, пусть гуляет по пустыне, — сказал Костров. — А вот патроны придется зарыть в песок.

— У меня еще вопрос, — сказал Тагильцев. — Когда мы будем искать следы, что в это время будет делать Модибо Тумани со своими жандармами?

— Ничего не будут делать, — сказал Белокобылин. — Во всяком случае, до тех пор, пока мы не подадим им весточку. Так мы договорились…

— Допустим, — сказал Тагильцев. — Но а вдруг к Модибо Тумани явится Амулу собственной персоной? И Модибо Тумани при виде его опять слетит с катушек? Тогда как?

— Не явится к нему Амулу, — усмехнулся Белокобылин. — Дурак он, что ли, этот Амулу? Ведь Модибо Тумани объявил на него охоту. Теперь Амулу будет осторожен…

— А вдруг Амулу захочет занять городок? — спросил Тагильцев.

— И это вряд ли произойдет, — сказал Белокобылин. — Для чего ему сейчас занимать городок? Сейчас у него другая задача — дождаться, когда в Тауденни прибудут малийские войска. Для того и задумана вся эта кутерьма.

…Верблюд находился в том самом месте, где спецназовцы его и оставили. Поклажа все также никем была не тронута. Следовательно, за то время, пока спецназовцы шли по ложному следу, верблюда никто не обнаружил. Что ж, и хорошо, если так. Не медля ни минуты, бойцы сняли с верблюда груз и зарыли его в песке, тщательно замаскировав место захоронения. А верблюда — отпустили. Верблюд, впрочем, долго не хотел уходить, он привык быть рядом с людьми. Лишь общими усилиями животное, наконец, удалось отогнать подальше в пустыню. Да оно и правильно — верблюд сейчас был бы бойцам спецназа некстати. В случае чего люди могли спрятаться, залечь за холмами, а попробуй уговорить залечь верблюда! По верблюду легко бы вычислили и самих спецназовцев.

— До чего же упорная скотина! — отдуваясь, произнес Костров. — До третьего пота меня довела! Ладно… Начинаем.

И спецназовцы пошли по следу. Следов, как и ожидалось, было много. Где-то — верблюжьи, где-то — человеческие… Понятно, что не все семеро бойцов читали следы, двое — Ивушкин и Баев — выполняли обязанности разведчиков. Их задачей было зорко смотреть по сторонам, все замечать и все слышать. И в случае чего предупреждать товарищей.

Понятно, что бойцы шли по следам не таясь и ни от кого не прячась. Это было довольно-таки непростым делом — одновременно прятаться и читать следы. Да и особой надобности таиться не было. Поблизости никого видно не было, а если смотреть на них издали, не так-то просто было спецназовцев в чем-то заподозрить. На всех была одежда туарегов, а туареги в здешних местах — явление самое обыкновенное, привычное.

А что же в это самое время делали Андрэ, Гастон и Амулу? Амулу пребывал в состоянии тревожного ожидания. Он ждал, что предпримет его враг Модибо Тумани. Он не знал, чего можно было ожидать от Модибо Тумани, и это его тревожило. Ему были непонятны действия Модибо Тумани. Вначале он пообещал устроить охоту на Амулу, а когда наступило утро — отчего-то не вышел на эту самую охоту. Почему он не вышел? Или все-таки вышел, но Амулу ничего об этом не знает? Впрочем, такого не может быть — он знает. Он точно знает, что Модибо Тумани сейчас находится в Тауденни. И все его жандармы тоже. И вот это для Амулу было непонятнее всего. Почему Модибо Тумани медлит? Или он и вовсе поменял свои планы? Но по какой причине? И чем это Амулу грозит? Что ему делать в такой ситуации?