Книга Афоня. Старая гвардия, страница 96 – Валерий Гуров

— Как будете оплачивать: картой или наличными? — спросила продавщица и тут же добавила с улыбкой: — Если хотите, можно и по улыбке оплатить.

Я усмехнулся.

— Ну, если можно улыбнуться и пойти, — сказал я, подмигнув девчонке, — да ещё такой раскрасавице,то я выбираю такой вариант.

Нет, на выход я не пошёл, догадался, что «по улыбке» — это какой-то хитрый современный способ оплаты, который просто так называется. Но всё равно забавно. Вот если бы дело происходило в Советском Союзе и если бы мы всё-таки построили тот самый коммунизм, тогда, глядишь, и правда можно было бы улыбкой расплачиваться.

Продавщица заметно замялась и уточнила:

— Ну… это если у вас такая услуга в банке подключена.

Понятно, опасалась, что я не так пойму. Я ведь сам признался, что дремуч, а в каждой шутке — только доля шутки.

— Да ладно, — пробурчал я по-стариковски. — Я во все эти улыбки и деньги на счёте давно не верю. Давайте уж по старинке.

Я достал деньги, которые выручил в ломбарде. Две купюры по пять тысяч. Аккуратно положил их на специальную подставку у кассы. Девчонка быстро всё пересчитала, пробила покупку и выдала сдачу.

— Всё, спасибо вам за покупку.

Потом она взглянула на мою форму, которую я держал в руках, и предложила:

— Пакетик вам нужен? Чтобы форму сложить.

— Не откажусь, — кивнул я.

Девчушка протянула пакет, а я поймал себя на мысли, что ещё пару часов назад и представить не мог, что сниму со своих плечформу советского офицера буду её складывать в обычный магазинный пакет. Ту самую, в которой прошла целая жизнь. Сложил я ее ровно, по привычке, будто сдавал на склад.

Я уже собирался выходить из магазина, как вдруг продавщица окликнула меня:

— Ой, подождите, а вы что, так пойдёте?

— А что не так? — уточнил я, оборачиваясь.

— Ну… мы забыли магнитики снять, — смущённо сказала продавщица.

Она вышла из-за кассы, подошла ко мне и начала отстёгивать с одежды какие-то небольшие круглые штуки — которые, признаться, мне здорово мешали при примерке. Там, в кабинке, я успел на них побраниться. Я наблюдал за этим с любопытством.

— А они для чего? — всё-таки поинтересовался я.

— Это защита, — пояснила продавщица. — Если вещи вынесут за пределы рамок, — она кивнула в сторону выхода, — магнитики начинают пищать.

Чтобы было понятнее, девчонка продемонстрировала, как это работает: провела один из магнитиков мимо рамки — и та тут же истошно запищала. Охранник, стоявший неподалёку, мгновенно повернул голову в нашу сторону.

— Ну пироги… — хмыкнул я. — Значит, теперь не украсть.

— Эх,если бы так, — вздохнула девчонка. — Всё равно находят способы.

Потом улыбнулась уже привычно, по-продавщицки:

— Всего хорошего, до свидания. Теперь вы можете идти.

Я взял из сдачи двести рублей, положил их на кассу:

— Это тебе за хорошую работу.

Продавщица даже растерялась, но я уже разворачивался.

Наконец, я вышел из магазина. Полностью переодетый, в новом облике. С пакетом в руке и с ощущением, будто только что закрыл одну главу и открыл другую.

Я направился в сторону выхода из торгового центра. И именно в этот момент за спиной резко, грубо, без всякой двусмысленности прозвучало:

— Пошёл вон отсюда!

Я обернулся на голос.

Передо мной стоял мужичок в чёрной форме с надписью SECURITY на левой стороне груди. Обычный охранник торгового центра. Из тех, что я уже видел раньше неторопливо бродящими по длинным коридорам с видом людей, наделённых такой маленькой, но очень ими любимой властью.